Люси с трудом приподняла неподвижное тело шефа и потащила его к выходу. Ей было нестерпимо жарко, она задыхалась, дым хватал ее за горло, атаковал слизистые оболочки. Огонь усилился, языки пламени перекинулись на шторы, превращая их в черноватые конфетти. Ей уже казалось, что она никогда не сможет втащить безжизненное тело наверх по лестнице, но помогла сама чрезвычайность ситуации, благодаря которой у нее открылось второе дыхание. Она выбралась наконец с телом Николя наружу и даже взгромоздила его на заднее сиденье своей машины.

Потом поспешила прижаться ухом к его груди.

Слава богу, его сердце билось.

Люси рванула с места и в третий раз за день помчалась в этот проклятый РБЦ.

Через десять минут Николя Белланже был принят в отделение скорой помощи.

В стабильном состоянии.

Он будет жить.

Только после этого Люси рухнула на стул и едва не лишилась чувств.

63

Николя Белланже дешево отделался. Согласно анализам, у него не было ни сильного отравления, ни каких-либо травм. Все обошлось началом легкого удушья, что оправдывало капельницу в его предплечье и подачу кислорода через ноздри с помощью силиконовой трубки.

Был вечер, самое начало восьмого. С тех пор как Люси привезла его в отделение скорой помощи, прошло четыре часа. Она попыталась дозвониться до Шарко, но безуспешно и тогда оставила ему очень короткое сообщение: «Перезвони, как только сможешь». Сразу же после этого она позвонила своей матери и предупредила, что вернется поздно. Дескать, дело потребовало от нее много бумажной работы, начальство желает получить четкие досье. Но так не всегда бывает, просто нехватка личного состава, вызванная отпусками, вынуждает ее к сверхурочной работе. И т. д. и т. п. Кладя трубку, Люси подумала, сколько же еще сможет лгать?

Как только ее наконец впустили к Николя в палату, она обрисовала ему ситуацию: дом почти целиком сгорел, полиция Орлеана в курсе и уже подключилась, Камиль Прадье объявлен в розыск. Разумеется, Люси не могла не предупредить дивизионного комиссара об их фиаско. И тот захотел видеть их немедленно, пока Николя лежал в больнице.

Мудак…

— Робийяр и Левалуа сейчас как раз у него кабинете, пошли получать головомойку. Придется написать кое-какие объяснительные.

— А Камиль? — спросил Белланже. — Наша Камиль?

— К несчастью, никаких следов.

Капитан выглядел удрученным. Сев на койке, он снял кислородную трубку и с долгим вздохом провел рукой по лицу:

— В доме ее тоже не было. То есть я так думаю. Я свалял дурака. Прадье был у меня почти в руках, а я позволил ему провести себя, как щенка.

— Случилось так, как случилось, Николя. Мы все совершаем ошибки. Людям вообще свойственно ошибаться.

Он не ответил и задумчиво посмотрел на стену. Его глаза чуть увлажнились. Люси чувствовала себя здесь неловко, но у Николя никого не было, а ей не хотелось оставлять его одного. Она подошла к окну, положила руки на холодную батарею отопления. Прадье объявили в розыск, полиция будет искать его по всей Франции, но могут пройти недели, а то и месяцы, прежде чем его найдут. Где он рассчитывает спрятаться? И что сделает с Камиль?

Чем больше времени проходит, тем меньше шансов найти ее живой.

— Его подвал… — сказал Николя. — Он был полон человеческого материала. Прадье делал из него всякую всячину — ошейники, я даже заметил там кожаную куртку. Уму непостижимо.

— Мы с директором лаборатории видели, что Прадье для чего-то использовал трупы. И вынимал у них глаза.

— Что все это значит, Люси?

Она тихо помотала головой.

— Между двумя воплями дивизионного я попросила его связаться с судьей, — сообщила она. — Завтра утром мы заберем компьютер Прадье. Покопаемся в нем и тогда получим больше подробностей о чанах с телами. Проверим, может, там не один татуированный труп, а больше. Это не самое приятное занятие, но придется за него взяться.

Белланже вырвал из руки капельницу:

— Тебе не придется, Люси.

Он долгим взглядом посмотрел на иглу.

— На этот раз пронесло…

В его голосе прозвучала покорность судьбе, и Люси так и не удалось понять, до какой степени он злится на себя. Случившееся с Камиль и чуть было не случившееся с шефом жестко вернуло ее к действительности: она занимается опасным ремеслом, где смерть может выскочить из-за угла в любой момент. На месте Белланже вполне могли оказаться она сама или Франк. И вполне могли там остаться.

Как они вдруг дошли до этого, как забыли все свои обещания? Что станет с их близнецами без отца или матери?

Она испустила долгий горький вздох, сознавая свое бессилие, свою глупость.

Их глупость.

Николя встал и взял со спинки стула рубашку:

— Подожди меня в коридоре.

— Черт подери, Николя, я такое только в кино видела. Не собираешься же ты…

— Пожалуйста.

Люси смирилась, и через пять минут Николя присоединился к ней:

— Сваливаем отсюда.

— Предполагаю, не подписывая никаких бумажек?

— Они знают, где меня искать.

Выйдя из здания, Белланже, к большому удивлению своей спутницы, направился к анатомическому институту. Попросил ее подождать снаружи, а когда вернулся, держал в руках процессор компьютера Прадье.