Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

увольнением в город и нервотрепку по поводу полунулевой стрижки. На наш

выпуск пришелся пик борьбы с довольно безобидными училищными тра-

дициями вроде купания отцов родившихся девочек или проноса на камбуз

на руках отцов родившихся мальчиков. В последний год нашей учебы отме-

нили красивые золотые курсовки из галуна и прочие нашивки, заменив их

на жалко выглядевшие пластиковые канареечного цвета. Мы, конечно, их

не надевали, используя старые запасы или заказывая их отдельно, но посте-

пенно командование начинало ругать и за них, старательно делая нас похо-

жими не на флотских гардемаринов, а на выпускников торговых «шмонек».

Звания лейтенант-инженер офицеров лишили за несколько лет до нашего

выпуска, освободив от «молоточков» на погонах, но что самое странное, ру-

ководствуясь какими-то неотмененными директивами тыла, вместе с офи-

церской формой нам старательно выдали по комплекту этих самых «моло-

точков» на каждый погон. Как это и было принято всеми поколениями кур-

сантов, значки о высшем образовании общегосударственного образца синего

цвета носить считалось не очень престижно, и каждый выпуск заказывал

себе знаки академического белого цвета с обязательным шильдиком, на ко-

тором указывалось название училища. Но даже их нам строго-настрого за-

претили надевать, что, впрочем, не помешало всем встать в первый офицер-

ский строй именно с неуставными белоснежными значками. Когда-то само

училище централизованно помогало выпускникам заказывать выпускные

альбомы, но как раз на нас пришлось время, когда и это было забыто. Един-

ственное, что мне сейчас приятно вспоминать и чем я по-настоящему немно-

го горд, это то, что на альбоме нашего выпуска золотом оттиснен рисунок,

к которому я приложил руку, да и самим заказом альбомов занимался тоже

я, с той поры бережно храня списки выпускников своего года, написанные

мной от руки.

Так вот, настал тот знаменательный день, когда нам вручили погоны

и кортики. Нас облобызали жены, родители и подруги, нам пожали руки,

132

Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова

как равным или почти равным, преподаватели и командиры, и мы счастли-

во сошли на гранит Графской пристани уже лейтенантами. Конечно, были

торжества и застолья дома, счастливые взгляды супруг и задушевные со-

веты бывалых служилых отцов с рюмкой на балконе, но где-то в глубине

души всем хотелось отметить этот единственный такой день в жизни еще

и в кругу тех, с кем пять лет делил один кубрик. И этот день тоже наконец

настал…

Мы были все-таки очень наивными конспираторами, и в подметки не го-

дились нашим основателям партии из далекого революционного прошлого

с его законспирированными съездами РСДРП под носом у полиции, и уж

тем более с пьяными маевками пролетарски настроенных рабочих Север-

ной столицы. Сбор на тайную гулянку мы назначили по-простецки и не му-

дря лишний раз в самом центре Севастополя, в Артбухте, рядом с пирсом,

откуда ходили паромы на Северную сторону. Там же кучковались автобусы

многочисленных туристических групп, и мы надеялись, что наша «экскур-

сия» среди них обязательно затеряется.

Но наши училищные военморы, вдохновленные возглавленной парти-

ей беспощадной борьбой всего советского народа с алкоголизмом и самого-

новарением, были начеку. Оба училища отрядили массу эмиссаров в звании

не менее кавторанга в самые оживленные места города, на все КПП, закры-

вающие въезд в город, и на все пирсы, короче во все точки, откуда можно

было покинуть столицу Черноморского флота. Поэтому группа красиво на-

ряженных девушек и молодых людей одинакового возраста человек в сорок

внимание не привлечь никак не могла. Сначала к нам подтянулся прямой как

палка, высоченный каперанг не из нашего училища, с видом оскорбленно-

го сноба, который вежливо, но с плохо скрываемыми командными нотками

поинтересовался, кто мы такие.

Мы бодро и весело озвучили заранее приготовленную версию, что, мол

студенты из приборостроительного института, что его явно не убедило. Да

и наши бритые затылки говорили сами за себя. Каперанг временно отвалил,

но минут через десять вернулся уже с патрулем. Тут уже нам пришлось пол-

ностью расшифровываться. Город славы русских моряков много лет жил

в условиях непрекращающегося военного положения, патруль мог вязать

кого хотел, а плюхаться с завернутыми руками в гарнизонный УАЗ, обла-

дая лейтенантскими удостоверениями, не очень хотелось. Патруль прове-

рил наши документы и удалился. Метров на тридцать. Формально придрать-

ся к нам было не за что.

Мы уже заканчивали рассаживаться в автобусе, когда откуда-то, как

черт из табакерки, вынырнул капитан 2 ранга Петров по прозвищу Аполлон.

Офицер он был очень занятный, никакого отношения к славным механиче-

ским силам подводного флота не имел, а в училище попал прямо с крейсе-

ра «Жданов», откуда-то из необъятных недр крейсерской артиллерийской

боевой части. Ко всему прочему он был, кажется, чувашом и не очень гра-

мотным, отчего на корабле дослужился только до кап лея, и перевод в учили-

ще рассматривал как манну небесную. Майора он давно «переходил», и по-