Читаем Сто лет безналом полностью

— Шит! — громко выругался пожилой негр, поднимаясь с заплеванного тротуара. Сегодня ловить больше было нечего. Он собрал свои давно не стираные пожитки и, приволакивая якобы парализованную ногу, отправился домой. Домом Бабуин вот уже несколько лет считал небольшую свалку, где собиралось большинство бродяг, попрошаек, и всевозможных отщепенцев этого района. Пересчитав оставшиеся медяки, Джимми понял, что если его кто-нибудь сегодня не угостит, ему придется остаться без выпивки. Следовательно, следующий день он проведет в жутком состоянии — организм будет требовать алкогольных вливаний. Добравшись «домой» Бабуин начал планомерно обходить знакомую территорию в поисках более удачного «в бизнесе» соседа. Но фортуна отворачивалась от старого негра — те, кто был сегодня в фаворе, не хотели делиться выпивкой с Бабуином. Джимми униженно выпрашивал глоточек, но его прогоняли с проклятиями.

— Эй, Джимми, иди сюда! — позвал кто-то старого бродягу.

Бабуин обернулся — в пустой коробке из-под холодильника сидел Роб Забияка и покачивал початой бутылкой дешевого бренди. Бабуин с опаской приблизился к ящику — Забияка числился в среде оборванцев завзятым шутником. И не всегда его шуточки бывали безобидны.

— Садись, не бойся, — благодушно предложил Роб, всовывая в руки Бабуина бутылку. Было видно, что Задира пребывал в приподнятом настроении.

— Мне сегодня крупно повезло, — признался он старому негру, — сумел тиснуть кошелек у одного лопуха. Так что, давай, выпей за мое здоровье.

Джимми нерешительно поднес горлышко бутыли к губам. Глотнул сперва немного, затем присосался к бутылке как клещ. Роб с улыбкой наблюдал за дергающимся кадыком Бабуина. Наконец негр оторвался от алкогольной соски и шумно выдохнул наполненный винными парами воздух. В голове сразу прояснилось, и жизнь показалась не такой уж мрачной.

— Ну как, подлечился? — участливо спросил Роб, протягивая Джимми заженную сигарету.

— Хорошо! — Бабуин выпустил в воздух сизую струйку дыма. — Я уж думал, что завтра буду погибать.

— Помни мою доброту! — ощерился Забияка.

— Угу, — промычал Джимми, лихорадочно просчитывая, какую ответную услугу потребует от него Роб.

— Слушай, старина, а правда, что твоя бабка была настоящей шаманкой вуду? — вдруг ни с того, ни с сего спросил Забияка.

— Ну, — уклончиво промычал Бабуин, — болтали всякое…

— Ты не темни, — заговорщически зашептал Роб, — сам-то можешь чего такого сотворить?

— Да я пробовал как-то пару раз давным-давно, — признался старый негр, — но ничего путного у меня не вышло. Да и у бабки, если честно признаться, получалось раза два-три за всю жизнь… А тебе зачем?

— Да так, избавиться от одного чудика хотел, — в самое ухо Бабуина зашептал Роб.

— Это кого же? — опешил негр.

— Рябого Родригеса, — прошептал Роб. — Достал, гад, своими закидонами!

Рябой Родригес — здоровый мускулистый мексиканец, с мерзким неуравновешенным характером и лицом, изъеденным оспой, считался бесспорным лидером местных трущоб. Каждый проживающий на этой помойке и работающий в квартале Родригеса, должен был отдавать определенную долю заработка психованному мексиканцу. Видимо сильно Рябой задел Роба, раз уж тот решил искать помощи у Бабуина.

— Убить я его не могу — меня его кодла тут же порвет! Я тут много чего передумал… Слушай, Джимми, ну что тебе стоит? Попробуй, а? А за мной не заржавеет! Тебе что понадобиться? — словно уже все давно было оговорено, спросил Забияка.

— Немного воска, — после минутного раздумья ответил Бубака, — набор больших иголок, ну и желательно что-нибудь от метиса: клок волос, срезанные ногти…

— Добуду, — Роб был краток.

Он скрылся и через полчаса вернулся со всем необходимым. Роб принес большой огарок восковой свечи, три ржавые иглы и мятый целлофановый кулек.

— Это что? — спросил его Бубака.

— Ни волос, ни ногтей найти не удалось. Но мне повезло: проклятый мексикашка высморкался прямо на этот пакет…

— Сойдет, — одобрил находку Бабуин. — А сейчас — иди, погуляй. Иначе можешь все испортить. Фигурку нужно вылепить в одиночестве!