Читаем Стихия полностью

Я окинула взглядом окружающее пространство и, кроме цветов и собственной кровати, заметила дверь с правой стороны и приоткрытое окно — с левой. Из него-то и пробирались чудесные звуки музыки в мою цветочную обитель. Кажется, я даже слышала поющие голоса, такие радостные, свободные, но в то же время со сквозящей в них бесконечной печалью и затаенной болью. Болью такой знакомой и близкой. Почему во мне скребется ощущение, что я тоже знаю эту боль? Снова осмотревшись в поисках разгадок, я оглядела свои руки: обычные, без единой царапины, только вот в каких-то едва заметных крошечных белых шрамах.

Воспоминания затопили меня без предупреждения. Они, черт возьми, только так и умеют: безжалостно сносят тебя гигантской волной и не дают времени отдышаться. По щекам покатились слезы, наполненные всем, что накопилось во мне за последние страшные дни. Они вымывали из меня ужас, отвращение к самой себе за сотворенное зло, отчаяние, преследовавшее меня слишком часто, и ненависть, много ненависти к войне. Разумеется, я была счастлива. Может быть, сейчас я даже была самым счастливым человеком в Миртране, земли которого наконец-то перестала терзать война. И я плакала от облегчения, радости, осознания того, что все еще жива, что этот кошмар закончен, и теперь мы сможем отправиться домой. Но как забыть всё то, что произошло здесь с нами? Как стереть из памяти убийства, совершенные моими руками? Если я отнимала жизни наравне с врагами, то чем я лучше них?

Проплакав бесконечное количество времени, за которое свет Церона уже успел превратиться из утреннего в полуденный, я обессиленно лежала на кровати, тупо глядя в потолок с парящими под ним цветами. От кого они? От жителей Дилариума, или Хранителей, или Святого Ангела? Кстати, я помню тебя. Я была тобой, мы все были тобой. Этим бескрайним потоком любви и света, наполняющим миры. Неужели ты действительно не мог остановить свою возлюбленную без нашей помощи? Хотя, наверное, если бы мог, давно бы вернул ее домой, да? Святой Ангел, пожалуйста, больше не выпускай её из виду. И не отворачивайся, ведь помощь любимых сильнее всего нужна именно тогда, когда кажется, что мы её не достойны.

Решив, что хватит уже беспомощно валяться и пора исследовать город после окончания войны, я собралась слегка восстановить свои силы. Да-да, это вредно, но, судя по всему, прохлаждалась я здесь долго, а двигаться теперь как-то нужно. Закрыв глаза, я привычно отстранилась от окружающего мира и обратилась к ледяной, искрящейся воде внутри себя. Но её не было.

Моя Стихия ушла.

Для того, чтобы снова заплакать, слез уже не осталось. Но, кажется, теперь мне этого и не хотелось. Когда мою магию забрал Максим, я каждый день ощущала ее отсутствие как потерю вселенского масштаба, словно из меня выдрали кусок плоти, отщепили частичку души. А сейчас всё было иначе. Нет никакой удушающей пустоты, я чувствую себя цельной, такой, какой и должна быть. Только самую малость печальной. Ну, может, и не малость. Но ведь всё правильно, да?

— Я отпустила тебя на свободу, — потрескавшимися губами прошептала я, все-таки уронив пару слез на белоснежное одеяло. — Ты была дана мне, чтобы в итоге уйти, да? Ты с самого начала все знала. И Грос знал, старый ворчун, оставивший нам загадку. Если ты меня слышишь, знай: ты сделала мою жизнь невероятной. Помогла увидеть красоту магии и познать ужас её обратной стороны. Ты слышишь меня, я уверена. Ты ведь теперь повсюду, в каждой частице этого мира, пронизанного ангельской силой. Прощай.

Я прикоснулась к шее — там, где раньше скрывался прекрасный крошечный лотос. А спустя секунду осознала, что я сижу и даже не намереваюсь упасть в обморок от бессилия. Притянула к себе нежный букет и погрузилась в едва уловимый свежий аромат. Улыбнулась. Теперь всё должно быть хорошо.

В дверь предупредительно постучали, и в комнату — сложно было назвать эту цветочную оранжерею палатой — вошел Николай.

— Я почувствовал, что ты пришла в себя, — с улыбкой сказал мужчина, втиснув рядом со мной на тумбочку еще одну корзинку с ярко-розовыми цветочками. Увидев мой вопросительный взгляд, раскрыл тайну появления всех этих букетов:

— Жители Дилариума постоянно передают их сюда. Вместе с цветами дарят и еду, и амулеты, какие-то украшения, одежду… Мы решили, что твоя комната выдержит только цветы.

— Комната? Так я не в больнице? — уточнила я и тут же подметила то, на что раньше не обратила внимания. Окно непростое, а в форме арки с небольшим витражом наверху, резная дверь… — Это храм?

— Верно. Мы поместили вас сюда, так было проще и надежнее: вы всегда находились под нашим надзором после исцеления. Как себя чувствуешь?

— Мышцы очень слабые, но в целом… Нормально, наверное. Долго я была без сознания?

— Сегодня восьмой день.