Читаем Стихия полностью

— Я — священная ярость, — своим самым прекрасным голосом в мире произнес Макс, озаряя землянку светом сияющего пламени. Снаружи раздались взбешенные, злые крики — видимо, зомби под командованием Эдайлы пытались пробиться через полыхающий огонь. Чтобы вы там все сгорели заживо, повторно, вместе со своей предводительницей!

— Я — равнодушие, — шепот сорвался с губ Арсения, и на тыльной стороне его ладони засветилась бледно-голубая четырехконечная звезда.

— Я — раздражительность, — прошелестел голос Яна, зажигая светло-желтую звезду.

— Я — вспыльчивость, — уже более громко сказал Богдан. Ну да, он до этого еще несколько слов сказал, разговорился. Третья звезда проявилась теплым бежевым светом.

— Я — коварство, — прохрипел Данила, который, казалось, чувствовал себя хуже всех остальных. Вспышка его метки совпала с жутким грохотом, от которого на нас снова посыпалась земля. Мне показалось, что сюда проник ветер, а если это правда, у нас остался всего один слой защиты, да и тот не слишком надежный. Я с опаской посмотрела на Глеба: он уловил мой взгляд и постарался уплотнить стены, но я понимала, что у всех силы на исходе. Все восемь меток светились ровным цветом, но больше ничего не происходило. Ушедший было страх снова стал нарастать, причем вместе с болью, которая словно превратилась в часть моей сущности.

— Что-то не так, — чуть ли не плача сообщила я, глядя на друзей. Богдан с ребятами все еще находились в телепатическом трансе, и я даже не знала, слышат ли они нас. Что еще нужно сделать, ну что? Ведь сработало, начало срабатывать!

— Может, постараться воспользоваться магией? — предположил Максим, на что Глеб сухо рассмеялся.

— А у тебя еще что-то осталось? Мне кажется, я свою магию уже из костного мозга высасываю.

— Но мы ведь на правильном пути, да? — спустя долгие минуты самоконтроля я снова подпустила панику к себе и теперь не могла ей сопротивляться. Она за несколько секунд поглотила меня целиком, отбирая последнюю надежду. — Надо что-то сделать по-другому, или что-то добавить, или…

— Это же перевод, — тихо заметила Эрика, которая своим видом практически ничем не отличалась от призраков. Их, кстати, стало поменьше, зато земля сыпалась на нас все сильнее. Я хотела спросить Максима, горит ли все еще снаружи огонь, но командир внимательно смотрел на нашу подругу.

— Что ты имеешь в виду?

— Это перевод… Это же типа художественная книга, которую написал какой-то человек давным-давно, да? И для Ники ее перевели на наш язык, ну, на новый миртранский, или как он там называется? А оригинал написан на древнемиртранском, на котором мы знаем парочку заклинаний. Ведь на самом деле Ангел наверняка наделил всех не качествами характера, а определенными сущностями, сторонами души с собственными названиями… Нужно узнать, как они назывались изначально, на древнемиртранском. Ведь на нашем языке всё частично сработало. Блин, я понятно объяснила? Я устала говорить, — с виноватым видом добавила девушка, а я была готова ее расцеловать, но вместо этого подползла к Богдану и взяла его за руку. Боже, какая холодная!

— Вы ведь еще не отключились от Греты, да? Богдан, спросите у нее названия этих слов на древнемиртранском, как было в оригинале. Ты же слышишь меня, да? Ответь что-нибудь, дай знак, пожалуйста!

Брат легонько сжал мою ладонь. Сердце в очередной раз пустилось в пляс, впрочем, тут же оборвавшийся очередным грохотом и тоненьким лучом света, пробившимся сквозь дырку в стене. Я судорожно сглотнула и попыталась создать водяную оболочку над земляным куполом, но она лопнула, не закрыв даже половины. Черт!

— Повторяйте, — снова не своим голосом скомандовал Богдан. Мы переглянулись и подобрались к ребятам. Повинуясь какому-то подсознательному зову, взяли их за руки и немало удивились, когда наши телепаты сделали то же самое. Теперь мы образовывали единый замкнутый круг. — Мудрость — Tmirea.

— Тмирэа, — шепотом повторила я, и по телу мгновенно разлилась ледяная вода, которой я так давно не ощущала. Где-то далеко, кажется, за краем Вселенной, услышала отчаянный крик Эдайлы.

— Священная ярость — Kirua Farne.

— Кируа Фарне, — звенящим от напряжения голосом произнес Макс, и его метка засияла так ярко, что пришлось прикрыть глаза.

— Приветливость — Leimeri.

— Леймери, — повторила Эрика, тут же облегченно вздохнув.

— Спокойствие — Daartu.

— Даарту, — проговорил Глеб, в изумрудных глазах которого впервые за долгое время загорелся свет надежды.

— Nesh, — прошептал Сеня, и от его звезды побежали светло-голубые прожилки по всей руке.

— Gratau, — шепот Данилы был почти неслышен из-за рычаний драконов.

— Retmeene, — честное слово, мне показалось, что Ян снова улыбается!

— Oshter, — выдохнул Богдан.