Читаем Стихия полностью

Не задумываясь над маршрутом, я уверенно шагала по коридорам, радуясь тому, что пока не встретила ни одного Воина, хотя это и было весьма странно. Не мог же Михаэль сослать на восстановительные работы всю дворцовую стражу. Мысль о загадочном Воине снова разворошила во мне целый спектр противоречащих друг другу эмоций и ощущений. Если верить словам Фандифа, то этот миртранец всего лишь выполнял данное ему задание, но вся суть кроется во фразе «верить словам Фандифа», которая уже сама по себе звучит противоестественно. Если Краймиус смог хоть как-то достучаться до моего доверия, чего случиться было не должно, то Фандифу даже это окажется не под силу. Продолжая верить в то, что Михаэль на нашей стороне, я пыталась понять, кто же он такой и как сможет помочь нам выбраться отсюда. Противный внутренний голос снова очнулся и тут же заскрежетал, что я видела этого человека всего лишь два раза, и то в первый раз он не позволил мне восстановить свои силы, а во второй раз хладнокровно убил на наших глаза безобидного, по своей сути, человека. Да, хорош спаситель, ничего и не скажешь. А уж со способностью верить не тем людям и не доверять соратникам мне вообще стоит засунуть все рассуждения о потенциальном спасителе куда подальше и наконец-то понять, что я могу положиться только на себя и нашу команду. Так, занятая разными безрадостными размышлениями, постоянно скатывающимися к теме нашего освобождения, я не сразу заметила, что моё сердце бьется сильнее, и это означало только одно: невидимое сердце этого дворца уже близко. Но, что бы это ни было, страха перед ним я не чувствовала — лишь странное, лихорадочное возбуждение, уже намеревающееся перейти в легкий озноб и тем самым запутывающее меня ещё больше. Решив наплевать на меры предосторожности — всё равно все Воины как под землю провалились — почти бегом преодолела последние повороты и резко затормозила перед огромными белоснежными дверьми, покрытыми замысловатыми узорами, наверняка таящими в себе скрытый магический смысл. Мое сердце забилось так сильно, что в груди, не выдерживающей такой нагрузки, растеклась противная, ноющая боль, мешая нормально дышать. Я расстегнула верх куртки и процарапала ногтями кожу, желая вырвать из себя это давящую тяжесть, но легче не стало ни на йоту. От равномерных и гулких ударов двух сердец заложило уши, и я почувствовала, что вот-вот могу потерять сознание, а это сейчас было крайне непозволительно. Тряхнув головой в попытке сбросить дурманящую пелену, снова подняла глаза к громадным дверям, белый цвет которых почему-то был мне противен, и вдруг в мозгу что-то болезненно щелкнуло. Перед глазами тут же поплыли сменяющие друг друга картинки из рассказа Эрики и Глеба, я вспоминала, как они описывали своё путешествие, дворец с бесчисленными коридорами, зеркальную студию, в которой танцевала девушка, и ослепительно-белые врата, скрывающие главное оружие Горной Долины.

— О, мой бог, как же я сразу не догадалась… — шокированная таким поворотом, еле слышно пролепетала я. Вот почему меня так потянуло сюда! Там ведь пропитанная жуткой энергией вода!