Читаем Стихи полностью

А я живу в другом пространстве-времени…

А я живу в другом пространстве-времени,Без ширины, длины и высотыЯ там, где первым и последним измерениемЯвляешься лишь ты, и только ты…

1972

Клятва первокурсника

Я, совсем ещё молодой первокурсник,не знающий, что такое интеграл Лебега-Стилтьеса,и что такое первая,вторая,третья,четвёртая,пятаяи шестая теоремы Коши,еще ни разу не ходивший в киново время занятий,я клянусь методом математической индукции,что через пять и даже десять летя также не буду знать,что такое интеграл Лебега-Стилтьеса,и что такое первая,вторая,третья,четвёртая,пятаяи шестая теоремы Коши.Я клянусь своими будущими конспектами,что наберу положенное количествоспецкурсов,спецсеминарови прогулов.Если же я нарушу эту священную клятву,то пусть мою стипендию проинтегрируют по замкнутому контуру,разделят на 2Pi частей,и выдадут мне только одну часть,и пусть мне каждую ночь снится метод неопределённых коэффициентов.

(1972, совместно с Пинкиным)

Дождь и дождь

Дождь и дождьВчера и завтраПроливнойИль моросит…Дождь и дождь,Как слёзы, капает,Будто небоПлакало навзрыд…Под дождёмЯ бреду.Всё кругом,Как в бреду…Всё кругом —Серый цвет,И нигдеТебя нет…Это небоСиним было,Синим, какТвои глазаА теперьВсё тучами заплылоИ гремит,Гремит гроза…

(20 июля 1972)

Я сегодня до зари встану

Я сегодня до зари встану,Теоремы поучу скромно…Что-то с памятью моей стало:Что угодно, кроме них, помню!Льют слезинки по щекам впалым:На «Анализ» мне пять дней мало!Даже не был я знаком с парнемТем, что лекции читал, мама!«Фихтенгольца» листы пахнут горечью,Хороши вечера на Оби,Просыпаемся мы — и грохочет над полночьюТо ли гроза, то ли сессии близкой шаги…Полночь-заполночь опять лягу,А ведь завтра мне вставать рано,Потому что мне к тому парнюНа зачёт идти опять, мама…

1972

Язык АЛкоГОЛ и его поСЛЕДСТВИЯ

Нотации Бахуса

Основные символы:цифра::=рубль| копейкаарифм. выр.::= + — * /Операции следования:go to — пойти в…if — еслиthen — тоelse — иначеdo — оператор выпиванияОператорные скобкиbegin — по первойend — по последнейРазделительstep — шагОписателиreal — поллитраinteger — четушкаarraw — пивоprocedure — процедура в вытрезвителе

Пример АЛкоГОЛьной программы:

Petя:=1.00; Senя:=1.00; Vasя:=1.62;Petя, Senя, Vasя goto Gastronom1;Б[1]:= (Petя+ Senя+ Vasя)/3;Comm:(за прилавком, в закуточке)goto Gastronom2;Б[2]:= (Petя+ Senя+ Vasя)/3; begin dogoto SkverikComm: (где детские грибочки)if step>0 then goto Pivnaя:Pivnaя: arraw [3,2]goto; goto; goto;if step>0 then goto Gastronom1else ProcedureP(0042) (Petя, Senя, Vasя);end;

1972

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия