Читаем Степное проклятье полностью

– Ива, послушай, – поспешно сказала Элина. – Мы ведь так и не поговорили о священниках. Я вот что думаю. Что, если мы попробуем добыть этот проклятый порошок, без которого ты не можешь, и исчезнем отсюда? В горы, к Леонарду. Валгалианин прав, горные люди помогут нам разобраться с … этой заразой. Леонард, когда пытался лечить твою ногу, заметил какие-то черные нити, которые оплетают тебя, нити этой заразы. Он хотел рассказать мне о них больше, но не успел, должен был бежать из замка. А ведь горные люди, они первыми с заразой столкнулись, а значит, знают о ней больше всех.

– Вовсе нет, – отозвалась девочка. – Ничего это не значит. Мама, никто ничего не знает о ловцах. Если мы в этом сами не разберемся, никто не разберется.

– Но ведь можно разобраться в безопасности, в горах. Зачем подвергать себя опасности, если можно избежать её? – взмолилась королева.

– Я должна вернуть себе свое нормальное тело, а этого не сделать, не поняв, каким образом священники изменили меня. Для чего я им нужна? Что за странные сны они заставляют меня видеть, и почему я не могу вспомнить эти сны, когда просыпаюсь?

– Если они поймут, что ты о чем-то догадалась, они убьют тебя, – с ужасом прошептала Элина.

– Откуда ты знаешь?

– По-другому просто не может быть. Твой отец начал о чем-то догадываться – и погиб. Как только они поняли, что Леонард знает об их тайнах, тут же стали преследовать его. И за нас возьмутся в ближайшее время, уж поверь мне.

– Мама, – остановила её девочка. – Мы не будем убегать только ради того, чтобы спасти свои жизни. Неужели ты еще не поняла? Это ведь не только обо мне. Помнишь, ты когда-то спасла бабушкин замок от голода? Это ведь были твои люди, твой народ. А теперь в опасности гораздо больше людей. Наш с тобой народ, степняки. Неужели мы вместе не постараемся им помочь?

Несмотря на весь ужас происходящего, Элине вдруг стало смешно. Неужели её злополучный ребенок, угодивший в такую страшную заваруху, еще и пытается спасти мир?

Она прижала к себе девочку. За последние месяцы, проведенные у постели больного короля, она потеряла из виду своего ребенка. Ива всегда казалась такой надежной: спокойная, добрая, веселая девочка. Беда подкралась незаметно и ударила в самое сердце, туда, где Элина казалась себе защищенной. В ловушку попала её дочь, которая когда-то без вреда для себя уже проходила церемонию. Без вреда, это так показалось тогда, сейчас-то понятно, какой непоправимый урон был нанесен.

– Будь предельно осторожна, Ива, – прошептала она на ухо девочке. Отговаривать Иву от героических поступков было сейчас бесполезно, но вовремя заставить её покинуть замок Элина сумеет, только если сохранит полное доверие девочки. Это она понимала.

В трапезной Элину встретили мрачным молчанием. Двоюродные племянники короля и их жены не решались поднять глаза от тарелок. Черный священник с невозмутимым видом пил чай, а Шпион расхаживал по трапезной, произнося какую-то речь, которую прервало появление Элины.

– Где Алек? – с невинным видом спросила Элина. Еще по дороге в трапезную она решила не дожидаться нападения Шпиона, а самой спровоцировать его.

Шпион остановился как вкопанный, глядя на нее одновременно высокомерно и слегка оторопело. Во всех его реакциях было ощущение какой-то замедленности, словно он не до конца решил, как ему себя вести с вдовой своего брата.

– А вот это мы должны были бы спросить у тебя, Элина.

Элина отметила, что он не назвал ее королевой, как это делал обычно. В его голосе была та же смесь наглости и странной заторможенности.

– Что ты имеешь в виду? – Элина постаралась изобразить изумление и испуг. – Где мой сын?

На лице Шпиона на секунду появилось беспокойное выражение. Неужели поверил? В тот же момент Шпион сменил выражение лица на надменное.

– Сегодня ночью Алек бежал из замка. Его видели на кладбище с какими-то людьми. Валгалианами, с которыми он вступил в сговор. А когда его попросили вернуться в замок, он бежал, – голос Шпиона звучал нарочито бесстрастно.

Элина хотела выкрикнуть ему в лицо, что это ложь, никто не «приглашал» Алека в замок. Неимоверным усилием воли она заставила себя сдержаться. Нельзя было выдать себя. Она закрыла лицо руками – это давало ей необходимую передышку – и отвернулась от Шпиона и сидящих за столом. Потом все-таки заговорила, не вполне контролируя себя.

– Ничему этому я не верю. Я знаю своего сына и уверена, что это всё наговоры на него. Стыдно оговаривать Алека в его отсутствии. Подозреваю, что против моего сына плетется заговор.

Повернулась и взглянула прямо в глаза Шпиону. Его лицо мгновенно залила краска. Не дожидаясь его реакции и воспользовавшись его замешательством, она вышла из трапезной, захлопнув за собой дверь.

Она совершенно не понимала, правильно ли поступила. Знала только, что поступить иначе в тот момент не могла.

Когда она была уже около двери в спальню, её догнал Шпион. Она совершенно не ожидала того, что он бросится за ней. Почему?

– Подожди, – сказал он. – Ты не права, нет никакого заговора против твоего сына. Я только хочу вернуть Алека в замок.