Читаем Степняк (СИ) полностью

  - Но шансов нет! - со слезами в голосе воскликнула девушка. - Их много, они будут выходить по очереди, измотают тебя, а потом Солонго добьет и станет вождем! Что за глупый и жестокий обычай?!

  - Это мудрый обычай, - покачал головой Сансар и обнял плачущую сестру. - Он дает возможность племени, если оно недовольно вождем, заменить его новым. Раз в год, в день осеннего Равноденствия он должен подтверждать свое право на власть. Никто не выйдет драться просто так, особенно в первых рядах. Если вождь силен, то он легко справится с первым, вторым, третьим... Но если тех, кто против него, слишком много - он будет повержен. И это правильно. Все честно - каждый ставит на кон свою жизнь.

  - Каждый, кроме него! - с ненавистью выплюнула девушка, взглянув на Солонго. - Он сумел как-то обмануть их всех! Сансар, что делать?!

  - Доказывать, что по праву занимаешь свое место, - произнес кочевник и поднялся на ноги. Все было готово.

  Вокруг импровизированной арены собралось все племя, от мала до велика. Это был самый важный, самый интересный день в году и никто не хотел упустить ни мгновения разворачивающегося зрелища. Сансар мягко усадил обратно подскочившую было вслед за ним сестру и нежно поцеловал ее в щеку.

  - Ты хранительница, - улыбнулся он и успокаивающе погладил девушку по волосам, - и должна быть сильной.

  Он выпрямился и неторопливым размеренным шагом вышел в центр образовавшегося круга, где его ожидал первый противник.

  Сансар недаром был сыном колдуньи и воина. Его сила, ловкость и быстрота всегда поражали соплеменников, но в этот день он превзошел сам себя. Драться полагалось без оружия, используя лишь то, что дано от природы, а вождю дано было очень много. Он не тратил времени и сил рядом, не церемонясь и не щадя противников, понимая, что должен одолеть всех, если хочет выжить. Его удары ломали кости и крошили челюсти, но вслед за поверженным врагом в круг выходил новый.

  Никто из кочевников не был слабым - слабые просто не выживают в степи. Капля за каплей уходили силы вождя, которому становилось все тяжелее уклоняться от кулаков противников, и он успел пропустить несколько ощутимых ударов. "Хорошо, что Эзра уехал", - подумал он, вытирая кровь, льющуюся из рассеченной брови. - "По крайней мере, до него Солонго теперь не добраться, а обидеть Майран не рискнет никто".

  Новый противник вышел из толпы, и Сансар сразу же почувствовал неладное. Зрачки кочевника были странно расширены, а в движениях сквозило нечто смутно знакомое. Вождь нахмурился, а затем сообразил в чем дело и похолодел от ужаса. Парень явно наелся травы норри, очень редкой и произраставшей намного южнее их стойбища. Сок ее обладал сильным возбуждающим и обезболивающим действием, превращая человека буквально в берсерка, однако и плата за это была велика. Сердце просто не выдерживало колоссальных нагрузок и останавливалось через полчаса - час. Но на это время человек становился буквально неуязвим.

  Сокрушительный удар в живот откинул Сансара назад, и не успел он подняться, как на него снова обрушились мощные кулаки. Он извернулся, ударив по коленям и вынудив противника немного отступить назад, и смог подняться на ноги. Одурманенный степняк захохотал и ринулся на вождя, едва успевшего отскочить в сторону. Сансар пропустил его мимо себя, а затем со всей силы впечатал кулак ему в бок заимствованным у Эзры приемом. Но на безумца это произвело слабое впечатление. Изматывающая схватка продолжалась.

  "Продержаться", - металась в голове мысль. - "Он сдохнет сам, надо только не дать достать себя. Надо.... Что?!"

  В первую минуту он решил, что ему показалось, но уже в следующее мгновение перед глазами снова промелькнули золотистые волосы, которые не возможно было спутать ни с чьими другими. Рядом с Майран, приобняв девушку за плечи, стоял Эзра.

  Сознание отказывалось принять реальность, но зрение упорно показывало - он здесь, он вернулся. Почему? Зачем? Какого же труда стоило смириться и привыкнуть к мысли, что он никогда больше не увидит свое зеленоглазое наваждение, вынувшее из него душу там, на королевском приеме?! Смириться и отпустить - потому что это было правильно, потому что без Сансара, Эзре пришлось бы несладко здесь, в стойбище. Солонго не забыл, кому обязан своим позором. Что же он делает, зачем вернулся?

  Эрц-герцог стоял, выпрямив спину, облаченный в уже привычную одежду степняков, заплетя волосы по местному обычаю. Его взгляд был спокоен и безмятежен, словно бы на него не косились со всех сторон, отвлекшись даже от увлекательной битвы, развернувшейся в кругу. Солонго сперва недовольно нахмурился, а затем усмехнулся так плотоядно, что у Сансара окончательно снесло голову. Ярость и страх за дорого человека подействовали ничуть не хуже дурмана. Багряный туман заволок сознание, и кочевник бросился вперед.