Читаем Степень вины полностью

Сама Мария стояла рядом с Пэйджитом. Ее страх от того, что она вступала на ристалище на глазах у публики, переполнившей зал, страх человека, обвиняемого в убийстве, выразился в том, какой мертвой хваткой она вцепилась в стол своего адвоката. По другую сторону стола была Терри – усталая и встревоженная одновременно. Карло находился в первом ряду, за их спинами, рядом с ним – Джонни Мур, готовый в любую минуту прийти Пэйджиту на помощь.

Обернувшись, Пэйджит посмотрел на Марни Шарп. Та была бледна. Но выражение ее лица говорило о полной боевой готовности. И Пэйджит был уверен: она, как и он, твердо знает все относящиеся к делу факты, не раз прокрутила в мыслях весь допрос от начала до конца и готова к любым сюрпризам. Лично для него неясным оставалось лишь одно, что поставил на карту он сам.

Кэролайн Мастерс смотрела на них от судейского стола. Ее строгость законника казалась напускной, скрывающей интерес и азарт.

– Мисс Шарп, – проговорила она, – мистер Пэйджит. Несколько основных правил. Рассчитываю на ваше внимание. Прежде всего, телевидение лишь налагает дополнительную ответственность, оно здесь вовсе не для того, чтобы кто-то имел возможность демонстрировать себя. Призываю вас и скромности. Процесс веду я.

Судья сделала паузу. В голосе появились жесткость и решимость.

– Далее, – вновь заговорила она. – В сомнительных случаях – после проведения закрытого заседания – будет решаться: можно ли данное лицо привлекать в качестве свидетеля, надо ли данный факт делать достоянием гласности. Чтобы избежать любой предвзятости к кому-либо из участников процесса, будут вестись протоколы таких закрытых заседаний. Если кто-либо без моего разрешения сошлется на материалы такого закрытого заседания, он предстанет перед дисциплинарной комиссией адвокатуры штата Калифорния.

Пэйджит понял, что лишен возможности использовать кассеты с записями Лауры Чейз, Джеймса Кольта, Марии, ему нельзя ссылаться на показания Линдси Колдуэлл, Мелиссы Раппапорт и Марси Линтон до тех пор, пока Мастерс не решит их судьбу. Взрывоопасность материала, подумал он, заставляет ее проявлять крайнюю осторожность.

– Затем, – продолжала судья, – оставляю за собой право налагать запрет на все или часть материалов этого процесса. Если кто-либо со стороны обвинения либо защиты представит аргументы или задаст вопрос, которые, по моему мнению, будут способствовать формированию предвзятости, а не защите законных интересов сторон, он будет строго наказан. Я достаточно понятно изъясняюсь?

– Да, Ваша Честь, – отозвалась Шарп.

Пэйджит кивнул:

– Достаточно понятно, Ваша Честь.

– Хорошо. – Мастерс опустила взгляд на Пэйджита. – Я обращаю на это ваше особое внимание, мистер Пэйджит, поскольку именно вы обращались с подобными просьбами. Я рассчитываю на ваше примерное поведение.

– Суд вправе рассчитывать на это, – покорно ответил он. – Со стороны любого.

Судья подняла брови.

– Надеюсь, что любой, – не без язвительности заметила она, – как и вы, понимает это.

Она повернулась к Шарп:

– Предлагаю начать со вступительного заявления. Вы готовы?

– Да. – Шарп поднялась на подиум, обратила взгляд к Кэролайн Мастерс, и слушание началось.

– Это, – сразу заявила Шарп, – обычное убийство.

Пэйджит уловил напряжение в ее голосе, как будто ей сдавило горло. Но начало было превосходным, а волнение, как ему показалось, напускным, чтобы придать особую силу словам.

– Мария Карелли сама призналась в убийстве Марка Ренсома. Единственное, что не позволяет судить ее, – история, рассказанная Карелли и объясняющая, почему она сделала это. – Голос Шарп зазвенел от презрения. – О, я расскажу о том, что это за история. Мисс Карелли намерена дать показания, но она поведает совсем другую историю, отнюдь не похожую на ту, что узнал от нее инспектор Чарльз Монк.

Умный ход, подумал Пэйджит: сфокусировать внимание на неискренности Марии, высказать предположение о том, что она намерена лгать суду, а затем, на закрытом заседании, нанести завершающий удар, предложив заслушать пленку, где Мария сознается в лжесвидетельстве перед сенатом США. Сидевшая рядом с ним Мария слушала внимательно, готовясь к перекрестному допросу. На Карло Пэйджит взглянуть не отважился.

– Давайте начнем с тех фактов, которые мисс Карелли трактует, кажется, правильно. Марк Ренсом позвонил ей. После чего Карелли купила пистолет. Она приехала в Сан-Франциско за свой счет, не поставив об этом в известность кого-либо из Эй-би-си или вообще кого бы то ни было. Она пришла в номер Марка Ренсома, пряча "вальтер-380" в дамской сумочке. И затем, около полудня, Мария Карелли застрелила Марка Ренсома. Таким образом, мы имеем дело с умышленным убийством.

Шарп сделала эффектную паузу, ее голос стал тише.

– В интерпретации других фактов, – добавила она, – мисс Карелли неубедительна.

Слушая, Кэролайн Мастерс подалась вперед. Замерла Терри. Пэйджиту не нравилось молчание зала.