Читаем Стекляный лабиринт полностью

   Внезапно Мамонова словно прошило током, на лбу выступил холодный пот. Он вспомнил о поездке Жучихина, о героине в бензобаке.

   "Если Антоша рассказал ментяре про это, тогда все, мне п...ец!"

   Схватившись за телефон, он начал торопливо набирать код Украины. Как назло, сначала звонок срывался, потом зазвучали короткие гудки. Подполковник последними словами материл родную российскую связь, самих связистов и этот проклятый день, который, казалось, никогда не кончится. Наконец пошли длинные гудки, а вскоре послышался по-старчески дребезжащий голос матери.

   - Да, слушаю.

   - Мама, это я.

   - Миша, ты? Спасибо, сынок, за посылку, что же ты сам-то не приехал?..

   - Мам-мам, об этом после, где Жучихин?   

   - Вася? Уже уехал.

   Мамонова из озноба бросило в жар.

   - Давно?   

   - Да нет, с полчаса.

   "Полчаса, до границы еще час, и все будет ясно. Либо Антоша нас сдал, либо зря мы дрейфим. Однако как хреново быть в шкуре преступника, никогда бы не подумал. Как все хренов! Просил же Жучихин мобильник, не дал, пожалел. Теперь вот хлебаю".

   Тем временем в "Айсберге" проходило небольшое производственное собрание. Дверь в заведение была закрыта, и весь персонал собрался в банкетном зале. По одну сторону стола расположились бармен с подбитым глазом, две официантки, распорядитель и метрдотель, он же вышибала. По другую сторону сидел сам хозяин.

   - Ну, так кого из них вы знаете? - начал допрос Гусев.

   - Ну, был наш участковый... - начала одна из официанток, та самая, чересчур строгая.

   - Демин, Витька, - подтвердил метрдотель.

   - Потом этот, маленький, с усиками, - сказала другая официантка.

   - Колодников? - уточнил Гусев.

   - Да, он.   

   - Двоих я не знаю, один высокий такой, симпатичный, а второй тоже ничего, только глаза разного цвета, один зеленый, другой не то голубой, не то серый. Потом еще толстый участковый с капитанскими погонами.

   - Курчавый такой? - оживился Гусев.

   - Да.

   - Фортуна, - понял Вадим.

   - И еще один участковый, молодой, с синяком под глазом, - оживилась строгая официантка. - Я, почему знаю, у меня мать в Гусинке живет, вот там его участок. Андреем зовут.

   - В Гусинке? - Вадик наморщил лоб. Он сам был родом из Гусинки, оттуда и его фамилия, полдеревни жителей носили ее. - Это невысокий такой, щуплый?   

   - Да.

   "Разбор полетов" продолжался еще не менее получаса, наконец, Гусев распустил личный состав бара и позвонил Мамонову. Выслушав фамилии подчиненных и приметы, неизвестных официанткам оперативников, подполковник мгновенно определил их имена.

   - Зудов и Астафьев, дружки Колодникова.

   - Ну и кого из них можно раскрутить?   

   - Да никого. К этим ты даже не суйся, а участковые... зачем они тебе нужны? Все и так скоро будет известно.

   - Откуда ты знаешь?

   Мамонов подробно рассказал подельнику о ситуации, сложившейся с прапорщиком, его поездкой на Украину. Вадим согласился, что дело - дрянь.

   - Да, если его прихватят, то нашему Аркаше сто процентов пора будет с родственниками прощаться.

   Отключив мобильник, Мамонов снова уставился на городской телефон, как раввин на священную Тору.

   Колодников крепко спал - двое суток беспрерывного напряжения вырубили его мгновенно. Вернувшись домой в пять утра, он, казалось, на минутку прилег на диван, и жена, не сумев разбудить его в восемь часов, как он просил, так и ушла на работу, решив дать ему отдохнуть.

   Пока он спал, к нему пытались дозвониться множество людей. Это и дежурный по городу, и Астафьев из телефонной будки, а три часа спустя Анна Владимировна Орлова, специально для этого отправленная лейтенантом в город. Увы, телефон старшего оперуполномоченного молчал.

   Только в первом часу дня Андрей начал выбираться из цепкого, тягучего сна. Причиной пробуждения стал настойчивый звонок в дверь. Посторонний звук растревожил бодрствующие участки головного мозга, но майор решил, что это - продолжение сна. Однако посетитель был настойчив, и уходить не собирался. Лишь минут через десять Колодников сообразил, что звонок в дверь вполне реален, и, вскочив с дивана, поспешил в прихожую, на ходу растирая глаза и окончательно просыпаясь.

   - Кто? - хрипло гаркнул он у двери, рукой придерживаясь за стенку, чтобы не упасть.

   - Открывай, засоня, - донеслось в ответ.

   Этот необычный, грудной голос мог принадлежать только Паше Зудову, и Колодников с облегчением начал отпирать замки.

   - Я уж думал, не случилось ли что, звоню-звоню, все без толку, - сказал тот, появляясь в дверях. - Хорошо, ты дверь железную поставил, а была бы обычная, выбил бы к чертям собачьим.

   - Что, долго звонил?

   - Минут десять. Даже жене твоей на работу звякнул, она и сказала, что ты спишь, а то бы поехал тебя где-нибудь в городе разыскивать.

   - А сколько времени-то?

   Взглянув на часы, Андрей ужаснулся:

   - Ни хрена себе, вот это прилег на часок! А Анька что ж не разбудила?

   - Она пыталась, но говорит, тоже не смогла. Что у тебя с телефоном?

   Колодников с недоумением посмотрел на аппарат - трубка лежала неровно, и, естественно, в ответ звонящим аппарат отсылал короткие гудки. Положив трубку на рычаг, майор побрел в ванну, по ходу дела спросив:

   - Что-нибудь случилось?