Читаем Стеклянные стены полностью

– А из-за кого же еще…

– Милочка, детка… а покажи нам свой телефон… – медовым голосом произнесла Света.

– Что, зачем? – Мила отшагнула к стене. – Не трогайте меня! Уроды!

– Уроды? А ты красавица у нас, да? Значит, все можно?

– Я тебя ненавижу! Толстая шлюха!

Света молча бросилась врукопашную. Спустя секунду она сидела на Миле верхом и по-мужски била ее кулаком в лицо, никто и глазом моргнуть не успел.

– Прекратить! Ну чего встали, растащите их! – приказала Изольда.

Мы с Рустамом аккуратно, но крепко схватили Свету, подняли, поставили на ноги, продолжая держать, хотя она вырывалась изо всех сил. А сил у нее было немало.

– И ты успокойся! – Изольда отвесила Свете пощечину. – Если мы тут друг друга поубиваем – упростим им задачу.

– Данил! – заорал Рустам.

Так и есть: Данила уже не было в коридоре. Оставшись без присмотра, он бросился к двери.

Выпустив Свету, я кинулся за ним.

Добежал до приоткрытой двери. Услышав снаружи негромкие хлопки и короткий вскрик, захлопнул ее и вновь запер на засов.

Еще один хлопок. Контрольный выстрел.

Топот пары тяжелых ног. К двери подбежали. Наверное, дернули.

Чуть-чуть опоздали.

Вернувшись к ребятам, я сказал:

– Дверь я запер.

– А Данил?! – воскликнула Света.

Я смог лишь развести руками и помотать головой.

– Я говорила, что он мудак, – резюмировала Изольда.

Света зло посмотрела на нее, но не решилась возразить.

– Вот! – сказала она, продемонстрировав трофейный телефон. – Читаем: сообщения, отправленные. Последнее: «Она все рассказала. Она – это она». Коротко и по существу. А кому оно отправлено? Бене, нашему знакомому. Так и записано: «Беня». И когда успела с ними снюхаться?

Мила лежала на полу и всхлипывала.

– А я знаю когда, – сказал я. – Когда мы втроем пошли на озеро. Она пошла прогуляться. Ее не было минут двадцать. За это время она могла встретить одного из них…

Мила зарыдала в голос.

– Поняла теперь, во что нас вляпала? – спросила Света.

– Отстаньте от меня… – прорыдала Мила.

– Давайте ее выкинем за дверь? – предложила Света.

– Они сейчас стоят за дверью и ждут, не выйдет ли еще кто-то. Откроем – всем хана, – сказала Изольда.

– Проклятые решетки, – сказал Рустам. – Эти гады не войдут, но и мы не выйдем. А то могли бы спокойно в окно – и бежать…

– И далеко ты убежишь, если они на машине? – спросила Света.

Рустам досадливо отмахнулся.

– Но у нас тоже есть машина, – напомнил я. – Может, вернемся к плану…

– Не вернемся, – оборвала Света. – Ключи у Данила остались. Даже если сможем завести – водить все равно никто больше не умеет. Если только вы меня не удивите!

– Не удивим. Я права только через год хотел получать… – сказал Рустам.

– Ребята, успокоились все, – приказала Изольда. – Мы не будем никуда бежать. Их там немного. Чистильщиков много не бывает. Пока мы в доме – у нас есть хоть какое-то преимущество.

– Короче! – Света вновь повысила голос. – Оставьте меня в покое! Я уже сама готова застрелиться, только чтобы все это поскорее закончилось! Все. Если что, я на кухне. Там вроде какое-то бухло осталось…

Она удалилась. Мила, видимо, ушла еще раньше. На всякий случай сбегал к двери – по-прежнему заперто.

– Мне что делать? – спросил Рустам.

– Возьми что-нибудь. И будь начеку.

Он кивнул и тоже исчез.

Изольда обняла меня:

– Хорошо держишься.

– Ага. Ощущение, будто все это не со мной. Тем и держусь.

– Это нормально. Организм включил защиту.

– У тебя глаза горят. Для тебя все это – просто приключение?

– Да, а почему нет?

– Люди погибли!

– Ну что ж теперь…

– Ты точно сумасшедшая!

– За это ты меня и полюбил, не так ли?

– Что вообще происходит? – Мой голос сорвался.

Изольда обняла меня крепче:

– Ну-ну, мой сладкий. Все хорошо. Ты нас всех спас. Кстати, молодец, что нашел ружье. Дай поцелую.

Поцелуи меня успокоили. Но Изольда на этом не остановилась.

– Ты серьезно? – спросил я.

– А ты? – Она знакомым жестом принялась гладить меня сквозь джинсы. – Неужели откажешься от последнего раза в своей жизни?

Я не смог сопротивляться. Она отвела меня в гараж, чтобы не попасться на глаза никому из ребят, если они вернутся. Мы сделали это на заднем сиденье машины Данила, уложившись в полторы минуты.

– Слышишь? Они музыку включили… – прошептала она, отдышавшись. – Красивую.

Мы вернулись в коридор.

– Не включили. Это Мила на скрипке играет. На чердаке… – сказал я.

Мы уселись на пол, прижавшись друг к другу. Мелодия какая-то известная, из классики, в рекламе часто используют. Мила периодически сбивалась – руки, наверное, дрожали.

– Как в фильме про «Титаник», там тоже оркестр играл, когда все тонули, – мечтательно проговорила Изольда. – Я еще поймала себя на мысли, что хотела бы умереть именно так. Чтобы на мне было красивое платье, а не этот убогий комбинезон. Чтобы играли скрипки. И чтобы это все было… – Она задумалась, подбирая слово. – Грандиозно!

– Сбылись только скрипки.

Она засмеялась.

В коридоре появилась подозрительно спокойная Света с бутылкой пива. Уселась рядом с нами.

– Она это серьезно? – спросила Света, кивнув на потолок.

– Каждый сходит с ума по-своему, – сказал я.

– Я схожу к ней, – заявила Изольда.