Читаем Стеклянные стены полностью

Потом Сатурн предложил мне стать его женой. Мыслители имеют право вступать в брак. Жена мыслителя – это совсем не то, что девушка, с которой мыслители «расслабляются». Это – особый статус. Но о внешнем мире придется забыть. Особенно после того, как подаришь мужу потомство.

И представьте себе: брак у нас – дело добровольное. Девушка имеет право отказаться, если считает, что может принести пользу в иной ипостаси. Сейчас я понимаю, почему так. Если меня захотят отыметь – отымеют и без моего согласия. Другое дело – когда предлагают брак, это значит – от меня хотят детей. А чтобы стать матерью, нужно искреннее желание. У меня этого желания не было, и я отказалась. Сатурн расстроился. Потом он еще несколько раз вступал со мной в связь и после этого каждый раз предлагал мне стать его женой, расписывал все преимущества и привилегии. Но не давил на меня, за что ему спасибо.

Очень хочу рассказать что-то еще о своей жизни за стенами, но сейчас я понимаю, что рассказать особенно нечего. Перейду к самой сути.

Меня в очередной раз перебросили на другую базу. Досрочно, даже не успели переоформить. Мыслитель Сатурн решил, что нам, координаторам нынешним и будущим, необходимо встретиться с одним из психологов-пачкунов. Все логично: лучшие знатоки менталитета пачкунов – сами пачкуны. Еще он сказал мне по секрету, что знает этого психолога лично и что он скоро станет одним из нас.

Я была на лекциях этого психолога. Он, кажется, не понимал, где находится. А я не слушала его, только смотрела. У меня бы язык не повернулся назвать его пачкуном. Он был ухоженным, приветливым, жизнерадостным. Полноват, быть может, но его это не портило.

Возникла шальная мысль: когда он будет уезжать – залезть к нему в автомобиль, спрятаться, затаиться… Пусть увезет меня! Но я сразу же поняла, что это нонсенс. В автомобиле не спрячешься, но дело даже не в этом – а в том, что его отсюда не выпустят. С базы выхода нет. Войти может любой. Выйти – только человек с особым статусом. Мыслитель или около того.

Я говорила с человеком из команды психолога. Даже намекнула ему, что им лучше отсюда уезжать. Хотя и понимала, что им не удастся.

Но им удалось.

Это случилось во время дневного Резонанса. Все было как обычно: я стояла среди остальных, закрыв глаза. Вдруг раздались крики, меня толкнули, я упала на асфальт. Услышала звук, похожий на взрыв, как в фильмах про войну. Открыла глаза и увидела пролом в стене.

Мы смотрели на него: кто – завороженно, кто – в ужасе. У меня самой перехватило дыхание. Но я быстро пришла в себя и первой зашагала к пролому. Меня никто не остановил. Наоборот – люди шли за мной. И когда я вышла за стены – многие сделали так же.

Медлить было нельзя. Я побежала. На бегу обернулась: несколько десятков человек бродили снаружи, озираясь. Кто-то по моему примеру припустил со всех ног.

Я бежала, пока база не скрылась из виду, потом перешла на быстрый шаг. Решила не тратить силы попусту. Еще решила держаться подальше от дорог: если будут искать – а обязательно будут, – то именно на дорогах.

– Ну что, я выполнила задание! Шпион пойман!

Слова Эви гулко разнеслись по пустому залу с бассейном. Почти пустому – здесь были два человека, хотя бассейн закрыт на ночь.

– Задание было – выяснить, кто подослал его! – возразила Таня. – Точнее, ее.

Они вдвоем сидели на краю бассейна, купая ступни в теплой воде.

– Выясним. Посидит денек без еды – все выложит как миленькая.

– А если не выложит?

– Тань, знаешь такой анекдот: «Ты кому друг – мне или медведю?»

Таня улыбнулась:

– Расслабься. Завтра мы вдвоем займемся этой лазутчицей.

– Короче, я заслужила награду или нет?

– Заслужила-заслужила. Ныряй! – Таня первой прыгнула в бассейн.

Эви подплыла к ней, обняла:

– Танюш, а что там насчет завтра?

– Завтра – выходной день.

– Я слышала, в честь этого будет оргия?

– Сильно сказано. Персонал разобьется по парам и начнет выпускать пар. Прости за каламбур.

– Персонал? Весь?

– Сотрудники и наставники. Для нас с тобой это опционально.

– И как все это будет происходить?

– Мне казалось, ты представляешь себе суть этого процесса…

– Тань, не смешно! Мне вот интересно, где они будут выпускать пар?

– У себя в комнатах, разумеется. На своих кроватях.

– Что, прямо при всех?

– А что такого? Все свои, все свое.

– А если кто-то откажется?

– Пусть сходит к доктору и справку получит, что непригоден к спариванию по состоянию здоровья. А если просто не хочет, из вредности, то это – нарушение правил! Сразу в карцер, на хлеб и на воду!

– А если, например, человек не той ориентации?

– Сима, ну что ты такое говоришь! Откуда здесь люди «не той» ориентации? Это же порча эссенции!

Девушки засмеялись и поцеловались.

– Танюш, а как персонал распределяется по парам?

– Беспристрастный жребий.

– А можно он будет немножко пристрастный? Хочу над одним человечком подшутить…

– Нам все можно!

Они снова рассмеялись.

Быстро уснуть не получилось. Соседи Яна вовсю обсуждали завтрашний секс-выходной, точнее – женщин. Каждый надеялся, что ему достанется лучшая из сотрудниц.

Вскоре над ухом у Яна раздалось: