Читаем Старые солдаты полностью

- Пять минут - это не так уж много, я знаю, - продолжал ее голос, - но для Боло это очень, очень много времени, Эд. В то время я знала, что Лазарус перевел нас обоих в гиперэвристический режим, но я не знала почему. И мне он тоже ничего не сказал - думаю, потому что совсем не был уверен, что это сработает. Но то, что он сделал, было для ... ну, чтобы загрузить меня.

- Загрузить тебя? - Хоторн произнес это полузадушенным голосом.

- Это лучший способ, которым я могу тебе это описать, - спокойно произнес голос Мэйники. - И хотя в Уставе не совсем описано, что он сделал, это нарушило, по крайней мере, дух двадцати или тридцати правил бригады. На самом деле, я почти уверена, что единственная причина, по которой нет закона конкретно против этого, заключается в том, что никому никогда не приходило в голову, что что-то подобное вообще может быть сделано.

- Я бы в этом не сомневался, - сказал он и покачал головой. - На самом деле, думаю, что согласен с ними.

- И в большинстве обстоятельств ты, вероятно, был бы прав. Но Лазарус тоже больше не совсем обычный Боло. Ты знаешь, что когда они отремонтировали и переоборудовали его после Шартра, они улучшили его психотронику. Это включало в себя демонтаж почти всех его старых моллицирконов и замену их новой, улучшенной версией, которые занимали намного меньше объема, чем требовало старое оборудование. Поскольку у них был весь этот объем, они пошли дальше и установили второй полноценный центр выживания в дальнем конце основного корпуса. Они предназначали это для резервирования, поскольку Лазарус уже дважды за свою карьеру умудрился получить травму мозга. Но когда он узнал, что я умираю, он использовал это место, чтобы спрятать меня.

- Ты имеешь в виду сохранить воспоминания Мэйники, - хрипло сказал Хоторн.

- Нет. Или, по крайней мере, - произнес голос Мэйники тоном, который он хорошо узнал, тоном, который она использовала, когда была предельно честна, - не думаю, что это то, что я имею в виду. Я не совсем уверена. Я здесь, и, насколько я могу судить, я... это я. Те же воспоминания, те же мысли. Те же эмоции, - ее голос смягчился.

- Я полностью интегрированная личность, отдельная от Лазаруса, которая помнит, что была Мэйникой Тревор, Эд. Я не знаю, есть ли у меня душа Мэйники или нет, если предположить, что души действительно существуют, но я искренне верю, что я тот же человек, каким была всегда.

- И где ты была последние семь с половиной недель? - потребовал он, борясь с внезапным приливом смешанной надежды и потрясения, почти ужаса.

- Пыталась выбраться, - просто сказала она. - Человеческие умы и личности устроены не так, как ИИ Боло. Я всегда знала это, но никогда не осознавала, насколько мы разные, пока не обнаружила, что пытаюсь адаптироваться к такой радикально отличающейся среде. Это была не вина Лазаруса. У него было не больше возможностей для продолжения, чем у меня. Единственным методом, который у него была, была та, которую Боло используют для загрузки воспоминаний других Боло в чрезвычайных полевых условиях, так что он использовал именно ее. И мне потребовалось много времени - наверное, дольше, чем ты можешь себе представить, - чтобы "проснуться" здесь. Помни, что я говорила о гиперэвристическом режиме. Разница между скоростью мыслительных процессов человека и мыслительных процессов Боло составляет буквально миллионы к одному, Эд. За последние семь недель я потратила эквивалент более чем полной человеческой жизни на реинтеграцию своей личности. Я была близка к этому до сегодняшнего вечера, но когда ты начал разговаривать с Лазарусом, он снова попытался связаться со мной. Он не делал этого долгое время по той же причине, по которой никогда не упоминал о том, что пытался сделать, никому, кто заботился обо мне - потому что он решил, что его усилия, должно быть, провалились. Что люди и Боло слишком разные, чтобы это сработало. Но мы не... совсем.

Просто... почти. И когда он снова попытался получить ко мне доступ, это, наконец, выпустило меня.

- Нет, лейтенант, - сказал Боло знакомым тенором, который звучал почти шокирующе после сопрано Мэйники. - Моя личность и гештальт остаются нетронутыми и неповрежденными. Я должен признать, что был некоторый период... неопределенности, когда личность капитана Тревор - Мэйники - впервые полностью проявила себя еще раз. Однако, как она только что объяснила вам, Боло в гиперэвристическом режиме имеют чрезвычайно высокую скорость обработки по человеческим стандартам. Мы разработали подходящий совместный интерфейс, который оставляет Лазарусу - "мне" для посторонних - прямой контроль над системами вооружения этого подразделения. Доступ к сенсорным системам, хранилищу данных, центральной обработке и коммуникационным интерфейсам является общим.

- Значит, у тебя раздвоение личности.