Тайлер умолял меня остаться ещё на немного, но время слишком быстро летело, и Хелене нужна была моя помощь. У меня получилось тихо оттуда уйти, потому что Тайлер счастливо заснул, после того, как совершил набег на мини бар и съел все чипсы и конфеты.

Пока я перед отелем ждала своей машины, проснулась Хелена с планами наших следующих действий.

Ты должна найти девушку, которая, возможно, знает что-то об Эмме.

— И где я её найду?

Там, где тебе, возможно не понравится.

Я мысленно начала перебирать все возможные мести, в которых не хотела находиться.

Район, где болтались всякие уличные шайки? Они были практически везде. И я не могла себе представить, чтобы она послала меня в Прайм Дестинэйшенс.

— Ну, скажи уже!

Институт 37.

— Лучше уж в ад.

Я знаю. Эти учреждения ужасны. Настоящие тюрьмы. Я была в одном, когда искала Эмму. Там я узнала об этой девочке, Саре, которая мне, возможно, могла бы помочь, но я её не нашла. Она была на принудительных общественных работах.

— Я не могу. Я не могу туда пойти. Если я должна буду встретиться с ней где-нибудь на улице или ещё где-то, то, пожалуйста, я к вашим услугам. Но не в одном из этих домов.

Они не отпустят её без надзора, а так бы она не стала говорить.

Я вытерла вспотевшие ладони о штаны.

С тобой ничего не случится. Мы сначала вернёмся домой, и наберём вещей для пожертвования. Ты поедешь туда на дорогом автомобиле, хорошо одетая, накрашенная и с идеальной причёской. Они будут обращаться с тобой, как с богатым подростком, имеющим родных.

Я не хотела туда идти. Это был мой самый страшный кошмар.

Ты справишься, Кэлли. Ты просто должно постоянно помнить, кто ты такая. Кэлли Винтерхилл.

Глава 18

Я стояла напротив ворот 37 Института. Как же я хотела оказаться в любом другом месте на этой планете. Представление того, что я могла бы сейчас быть вместе со своим братом и Флориной за этими массивными воротами, почти убивало.

Кэлли, чего ты ждёшь?

— Ты считаешь всё это действительно таким безопасным делом?

Пойми же, слово «безопасно» теперь тебе не знакомо. Но там ты, вероятнее, защищённее всего, так как тебя там никто не сможет похитить.

— Очень обнадёживающе.

Ожерелье я вэтот раз оставила дома, после того, как Хелена в очередной раз напомнила мне, что нельзя было им пользоваться слишком часто.

Я пересекла улицу, держа в каждой руке пакеты с дизайнерской одеждой, на которой ещё были прикреплены бирки. Они были из шкафа Хелены — новые вещи, купленные для Эммы, но никогда не ношенные. Даже если её внучка, вероятно, никогда больше не возвратиться домой, у Хелены не поднималась рука выкинуть её одежду.

Высокая стена окружала комплекс. Я подошла к воротам и переговорила через отверстие грязной решётки со швейцаром.

— Кэлли Винтерхилл, — сказала я. — Я звонила по поводу пожертвования одежды.

Эндерс просмотрела список, и нашёл моё имя. Нажав на кнопку, створки ворот открылись с громким визгом.

Я замерла.

Ноги отказывались служить.

Ну, давай же!

Без этого призыва я не пошевелилась бы. Я нервно перешагнула через порог, а за мной захлопнулись ворота. Металл так скрежетал по металлу, что у меня даже зубы заболели.

Дорога вела прямо к административному зданию этого «детского дома», тёмно-серые стены которого угрожающе возвышались надо мной.

— Милая обстановочка, — промямлила я.

Медленно я пошла по пешеходной дороге, которая шла параллельно проезжей части.

Впереди ты должна свернуть налево.

Я следовала наставлениям Хелены и шла по направлению к жилому зданию. На всех окнах были решётки.

— Они не будут меня ожидать в центральном офисе? — спросила я тихо Хелену.

Будут. Но сначала мы должны найти эту девушку, Сару. Мне сказали, что она живёт в первом доме. Поторопись, пока никто тебя не заметил.

Я поднялась на несколько ступенек и открыла тяжёлые двери.

Внутри я увидела короткий коридор, который соединял два прохода. На меня повеяло ужасным запахом гнили. Везде облупилась краска. Куски штукатурки лежали на холодном полу.

— Что теперь? — прошептала я беспокойно.