Читаем Стамбульский оракул полностью

Тринадцатого августа 1886 года, девять лет и одну неделю спустя после прихода Элеоноры Коэн в этот мир, жители Стамбула лишились своего оракула. Пурпурных с белым удодов видели у Египетского базара и на оливковых деревьях неподалеку от старого кладбища на Тепебаши. Говорят, они пролетали над старой греческой лечебницей за Едикюльскими воротами. Один предприимчивый мальчишка из Балата даже поймал удода при помощи хлебной корзинки. Но, увы, птица не перенесла неволи. Остальные же разлетелись поодиночке в разных направлениях.

По приказу его величества султана Абдул-Гамида II весь транспорт, который покидал город, подвергался тщательному досмотру. Жандармерию подняли по тревоге, и каждый служащий железной дороги в радиусе пятидесяти километров от Стамбула получил словесный портрет Элеоноры. Ее искали в водах Босфора; лучшие кангальские овчарки были отправлены по следу беглянки. Монсефа-бея, господина Карума и госпожу Дамакан задержали, но они не имели ни малейшего представления о том, где искать девочку. Она растворилась в воздухе, исчезла, не оставив ни следа, если не считать записки и полного шкафа одежды.

В конце концов назначили день похорон, после чего жизнь вернулась в прежнее русло. Руксандра возвратилась в Констанцу к новому супругу. В конце семестра преподобный Мюлер покинул Робертс-колледж и при содействии своих покровителей из Военного министерства получил место в Йеле. Монсеф-бей по-прежнему собирает близких по духу людей в кафе «Европа», а господин Карум неукоснительно сообщает во дворец обо всем, что делает его хозяин. Госпожа Дамакан уехала из Стамбула в Смирну, к племяннице. Султан решил было отправить Джамалудина-пашу в отставку, но уговоры валиде-султан убедили его дать паше последний шанс. В Зейтинбурну открыли новую школу для девочек. Строительство мечети Йылдыз Хамидийе было наконец закончено. Планы строительства железной дороги, которая соединила бы Берлин с Багдадом, так и остались на бумаге. Роберт Льюис Стивенсон опубликовал «Невероятную историю доктора Джекила и мистера Хайда», а в нью-йоркской гавани установили статую Свободы.

Страницы истории неумолимо переворачивались, как будто никакой Элеоноры Коэн никогда не существовало. И вся эта история забылась, стала подстрочным примечанием к труду об Османской империи второй половины XIX века. Исполнила ли она пророчество госпожи Дамакан, была ли той, кто мог направить ход истории по другому руслу, — ответов на эти вопросы мы никогда не узнаем. И так оно и должно быть, потому что камни на дне потока, что зовется историей, постоянно меняют свой облик. Все зависит только от точки зрения.