Читаем Стальные грозы полностью

Илютин встал. Прочистил горло. И, говоря чуточку в нос (Растов уже знал эту его манеру), забубнил:

– Конкордианская… гм-гм… военная база Вара-20, расположенная в системе Посейдония, была захвачена нами в августе сего года. Кстати, товарищ Растов тоже принимал в этом самое непосредственное участие и очень нам помог, – Илютин сделал театральный жест в сторону своего известного многим присутствующим соседа. – На этой базе… гм-гм… помимо прочего, находилось экспериментальное производство бактериологического оружия… Конкордианцы занимались разработкой различных вирусов и прионных агрегатов, предназначенных для атак против чоругов. Причем – и этот факт, возможно, будет внове многим присутствующим – в качестве объекта для своих вирусных атак конкордианцы рассматривали не только разумные особи взрослых чоругов, но и их биоавтоматы, известные также как «боты»…

Растов поглядел на Александру. Та кивала в такт словам Илютина с самым благостным выражением лица. В самом деле, что может быть лучше, чем прионные агрегаты и вирусные атаки!

– …И вот что любопытно! Именно в деле поражения ботов конкордианцы продвинулись особенно далеко. По сути, полученные ими штаммы «Пирамида», «Спираль» и «Диадема Инанны» можно уже сегодня использовать для эффективных атак против чоругских кораблей и крупной наземной техники. Для этого конкордианцами наработаны достаточно большие запасы бронебойно-осколочных снарядов и боевых частей к ракетам. В сущности, мы можем просто взять и воспользоваться всем этим как с борта конкордианских флуггеров, так и путем подвески их вооружений на наши летательные аппараты…

Когда Илютин смолк, Канатчиков воскликнул:

– Так это же чудесно, майор! Вот это результаты! Достойные похвал!

Реакция остальных была более сдержанной.

– Спасибо, товарищ майор, за доклад, – похоронным голосом резюмировал Сыч. – Но у меня остались вопросы… – С этими словами он скрестил руки на груди, нахмурил высокий с залысинами лоб и откатился назад на кресле, словно бы выбирая оптимальный угол атаки. – Скажите… А чего, собственно, мы добьемся, заразив вашими штаммами все боты чоругского авианосца-улья? Ну перестанут они работать… Прекратят чинить повреждения… Но ведь кардинальным образом корабль боеспособность не утратит! Ему же эти повреждения все равно еще надо нанести! Опять же, у вирусов этих, наверное, есть период инкубации, так? И непосредственно в ходе боя биомехи передохнуть не успеют?

Старый лис Илютин был готов к этим вопросам:

– Если бы вирус имел заметный период инкубации, он и впрямь не заслуживал бы обсуждения на этом совете… Но в том-то все и дело, что, допустим, «Пирамида» выводит из строя охранный бот двадцатикилограммового класса за девять минут!

– Ну предположим… – не скрывая скепсиса, кивнул Сыч. – Вы мне объясните прак-ти-чес-ку-ю ценность убиения каких-то там чоругских ремонтных ботов!

Вместо Илютина грозному члену Совета Обороны ответила бесстрашная Александра Браун-Железнова. (Она сидела так близко, что Растову даже показалось: он чувствует морской запах ее духов!)

– Позвольте мне… Практическая ценность, Георгий Осипович, заключается как минимум в том, что на борту чоругских боевых кораблей, в первую очередь, общеизвестных авианосцев-ульев, таких ботов очень много. И когда штурмовые группы нашего осназа пытались брать их на абордаж, проблему представляли не столько эзоши, сколько именно эти боты!

– Кусалися? – иронично, через просторечное «ся», осведомился Сыч.

– Кусались, да. И притом больно! – Александра Браун-Железнова сделала вид, что не заметила иронии. – А в более широкой перспективе применение боевых вирусов против ремонтных ботов можно расценивать как своего рода подрыв термоядерной бомбы на высокой орбите над столицей противника. Это эффектное предупреждение о нашей готовности развязать неограниченную бактериологическую войну. Так сказать, намек толщиной с рельсу. – Александра вполрта ухмыльнулась.

Сложно вылепленное лицо Сыча оставалось непроницаемым. Было неясно, то ли он доволен, то ли совсем нет.

– Благодарю за комментарий, – бесцветным голосом сказал он. – А теперь, товарищи, позвольте мне представить вам гвардии майора бронетанковых войск Константина Растова…

У Растова засосало под ложечкой – как в школе, когда вызывали к доске отвечать скверно выученный урок.