Читаем Стальная опора полностью

— Приняла. На эти земли никто особо не претендовал. Гномам легко удалось договориться и получить для проживания эту долину. Император был только рад, что у бесхозной земли появился хозяин. Он даже освободил гномов на двести лет от всех налогов. А через сто с небольшим лет старая империя развалилась. Столица ее пришла в запустение. Из частей старой империи со временем образовались новая империя и княжества. Но до гномов им не было никакого дела, как и до разбросанных между империей и восточными княжествами сел. У всех хватает собственных проблем.

— А новая империя не пробовала предъявить права на взимание налогов? Как-никак она может считаться правопреемницей старой, — продолжал допытываться я.

— Нет. Мы бы и рады были, только империя не спешит вешать на себя такую обузу. Стребовав налоги, они будут вынуждены допустить к свободной продаже в своих городах наши изделия, а это вызовет падение цен на собственную продукцию, волнения. Опять же, признай они нас своей частью, надо защищать в случае чего… Империя — все-таки не кочевники, она вынуждена блюсти хотя бы видимость законности, иначе не устоит. У княжеств тоже свои проблемы. Далеко мы от них, и каждое княжество не хочет усиления соседа — пристально следит за всеми. Так и получается, что мы никому не нужны. Вот уже почти двести лет. — Нимли печально вздохнул и добавил: — Были не нужны.

Это точно — неожиданное усиление кочевников грозит изменением ситуации в мире. Империя в своем невежестве думает, что ее это не коснется. Коснется. Еще как коснется! Если кочевники смогут объединиться в полноценную орду, не миновать их набегов на империю. Что императору стоит направить в степь пару легионов, разбить орду в самом начале, пока она не успела разрастись? Нет, империя предпочитает смотреть на развитие ситуации со стороны. Недальновидно. Впрочем, у каждого свои заботы. Мои сейчас — о том, как организовать оборону поселений гномов.

~~~

Пополнение прибыло, как и было оговорено. Группы гномов, наподобие артели стеклодувов, прибывали и ранее, но небольшие. Теперь же количество прибывших исчислялось тысячами! И это еще не все. Юскер настаивал на скорейшем присоединении к ополчению всех желающих. Я, как мог, старался раздвинуть этот процесс по времени. Пять тысяч! Что мне с ними делать? Пять тысяч вместо пяти с лишним сотен, что были вчера, а будет еще больше. Они полдня только размещались в лагере. Оставшиеся полдня мы занимались разбивкой прибывших на сотни и тысячи, командирами которых я назначал гномов из первой партии тренировавшихся. Пусть научат других тому немногому, чему сами успели научиться. Для того чтобы как-то уменьшить путаницу, гномам, принадлежащим к разным тысячам, придумали свой нарукавный знак. Соответственно желтого, красного, синего, зеленого и серого цветов. Вдоль линии обороны расставили метки, по десять каждого цвета — такого же, что и знак тысячи, которая будет здесь держать оборону. Смешно? Смешно не смешно, а как, скажите мне, научить находить свое место в строю гнома, который понятия не имеет, где оно должно быть? Все эти действия заставили меня совсем по-другому взглянуть на систему штандартов. Что позволяет бойцу находить свое место в строю и ориентироваться на местности — штандарт своего полка. Если нам удастся отразить этот набег, надо будет обязательно обсудить с гномами эту идею. Большие штандарты для каждой тысячи, маленькие — для каждой сотни. Построения и маневры намного упростятся.

Из-за этой катавасии с построениями пришлось свернуть все работы, кроме самых срочных. Ничего, завтра число рабочих рук прибавится в разы. Площадки для метательных машин, ловушки, заградительные плети — успеем, должны успеть. Не стал я откладывать только одно — работы по сборке метательных машин. Это наша ударная сила в предстоящей битве. Как бы ни были хорошо бронированы гномы-копейщики, устроят тилукмены многодневный обстрел из луков — и выбьют гномов одного за другим. Что этому противопоставить? Только мощную артиллерию. Под огнем метательных машин не слишком разгарцуешься. На четыреста метров онагр бьет уверенно, баллиста — на пятьсот. А тилукменские луки — не более чем на триста. Они, конечно, могут попробовать налететь с ходу, проломить строй, задавить численностью. А вот этого надо постараться не допустить. Да и стрелами, несмотря на огонь баллист, многих повыбьют, если не научиться от них как следует укрываться.