Читаем Сталин и финны полностью

Зарождение культа личности Сталина относится к 1929 г., когда отмечалось пятидесятилетие Сталина. Страдания миллионов людей нисколько не уменьшали преклонения перед Сталиным, оно продолжало расти, притом не только в своей стране, но и за рубежом.

Сведения о голоде, например, официально опровергались, что все-таки не препятствовало их распространению, в частности, в Канаде, где было большое количество украинских эмигрантов, а оттуда и в другие западные страны. Очень впечатляюще описывал голод на Украине очевидец тех событий Морис Хиндус.

На Западе об этом написано немало книг, которые отмечены глубоким раздражением и моральным пафосом, что вполне естественно, учитывая характер проблемы. Воспринималась же эта информация совершенно по-разному: настроенные неодобрительно и враждебно к большевизму круги считали, что этого и следовало ожидать, а склоняющиеся влево интеллектуалы подвергали ее сомнению. Противопоставлялись две правды, одна из которых представляла враждебные по отношению к новому обществу силы, объективность которой, таким образом, следовало считать сомнительной, и другая, которая представляла новое общество, к которому испытывали любопытство и симпатию. Ведь оно, казалось бы, предлагало конкурентоспособную альтернативу охваченному кризисом капитализму и провозглашало общественную справедливость, в то время как миллионы трудящихся на Западе голодали. Тот факт, что в Советском Союзе был не просто голод, а катастрофическое бедствие, оставалось за рамками пропаганды.

На Западе в среде интеллигенции даже возникло движение, которое склонно было восхищаться сталинским Советским Союзом. Вот та страна, где действительно осмелились что-то предпринять для исправления вопиющих недостатков капитализма.

Сведения о возможных человеческих жертвах отметались или объяснялись как досадная, но понятная цена за создание более справедливого общества.

Со своей стороны Советский Союз активно привлекал так называемых паломников, чью склонность к восприятию и восхищению советской системой подпитывали всеми возможными способами, не забывая лесть, избирательную информацию, ложь и ссылки на масштабность задач и трудность исходных позиций.

Можно считать, что за время двух первых пятилеток, то есть к 1937 г., сталинизм достиг своего расцвета.

О сталинизме написаны горы литературы, и многие честолюбивые исследователи хотели дать свою оценку этому явлению или хотя бы уточнить оценки других.

Наша задача, состоящая в отображении той преемственности основополагающих элементов сталинизма, которая продержалась до перестройки, сводится к тому, чтобы обратить внимание на три особенности, которые были краеугольными камнями сталинизма: борьба, контроль и генеральная линия. Четвертым камнем был террор, но после смерти Сталина он почти не применялся, так как выполнил свою миссию и прочности системы уже ничто не угрожало.

Борьба была основой сталинистского мировоззрения и, несомненно, важнейшим понятием политической деятельности. Еще гегельянская диалектика, которую перенял марксизм, а впоследствии и марксизм-ленинизм, предполагала, что любое развитие рождается только в борьбе противоположностей.

За борьбой стояло противоречие, крывшееся в сути вещей, и рожденная этим противоречием борьба была именно тем, что обеспечивало развитие и в конечном итоге скачкообразно продвигало общество с одной ступени развития на другую, что происходило в форме общественных революций.

Борьба происходила на всех уровнях, и это было хорошим признаком, так как отсутствие борьбы означало бы могильную тишину и победу энтропии. В социальном развитии борьба приводила к революциям, в международных отношениях главное противоречие было между социалистическим и капиталистическим лагерем, и борьба в конце концов приводила к господству мировой социалистической системы. Это определялось сутью вещей.

Поборники социалистической революции считали, что к новому обществу можно прийти только через организацию и ускорение революционной борьбы. Политика классового примирения была ничем иным, как обманом, так как она делала развитие невозможным. По мере надобности понятием «класс» можно было манипулировать, и Ленин мобилизовал бедноту на богачей. Тех, у кого ничего не было, заставляли отнимать у тех, у кого что-то было. Лозунг большевиков «Грабь награбленное» стал популярным.

Он применялся при разделе квартир, продуктов, одежды и другого имущества, и прежде всего, при разделе помещичьей земли. Те, кто прислушивался к советам большевиков, получали конкретную выгоду, особенно на первом этапе.

Ликвидируя так называемое кулачество, Сталин применял ту же тактику, о которой уже говорилось выше. В первую очередь он пытался мобилизовать деревенскую бедноту, например безземельных крестьян, на борьбу с кулаками. Помимо земли, колхозникам раздавали также и имущество кулаков, вплоть до юбок и очков.