"Будет бардак. Боже да еще какой. То ли адмирал идиот, то ли он знает что-то о чем нам не говорит."

— Авантюра. Вставил свое слово директор Бюро, метнув взгляд на Хитли. Цена будет слишком высока, если что-то пойдет не так. Риск непомерный.

— Непомерный риск, господа-будет тогда, когда террористы захватят еще что нибудь, пользуясь нашей нерасторопностью. Штурм будет завтра, в четыре утра. Принято политическое решение на самом верху. Это все. Сказал адмирал и встал с кресла.

Окрестности Багдада. Ирак 23 августа

Существо, скорчившиеся у ног полковника Мирзапура, мало напоминало человека. Скорее напоминало кебаб, попавший в руки к неопытному повару. Кое как нарезал, кое где поджарил.

Бывший надзиратель тюрьмы Абу-Грейб, грязный предатель, обслуживающий американских свиней и терзавший правоверных, зашевелился и тут же заскулил от боли и отчаяния.

— Я сказал, правду, господин …истинную правду. Асфана Занди забрали американцы. Мистер Кокрейн из ЦРУ. Его боялось тюремное начальство…

Мирзапур сделал неясное движение губами и на спину надзирателя обрушился резиновый шланг набитый изнутри шариками от подшипников. Тот взвыл и попытался отползти насколько это возможно при перебитых пальцах.

— С кем он сидел, пес? Отвечай быстрей, не испытывай терпение Аллаха!

— Ааааа….В одиночке…В отдельной палате медицинского блока..! Его часто допрашивал лично Кокрейн

— Ты слышал, о чем они говорили?

— Нет, господин. Умоляю, пощадите меня, у меня семья..

Договорить ему не дали. Майор Сатар Занди взмахнул короткой раздвижной дубинкой раскроив ему череп.

— Уберите эту падаль…Приказал полковник и вместе с майором вышел из пропахшей паленым мясом и дерьмом допросной камеры.

Зашли в небольшой, отдельный кабинет, раньше принадлежащий старшему надзирателю. Сейчас, здесь царил полный погром, учетные карточки и личные дела арестантов кучами валялись на полу. Компьютера не было, видимо уволокли во время погрома.

Знаменитая тюрьма Абу-Греб была взята толпой шиитов утром 22 августа, когда стало известно о том, что иранские войска, копируя американский бросок времен операции "Свободу Ираку",обошли позиции иракцев по пустыне и ворвались в Багдад, полностью парализовав сопротивление.

Сейчас, яростные бои шли севернее, в "суннитском треугольнике" куда отошли остатки правительственных войск укомплектованные военными кадрами времен Саддама. Здесь персам, помимо остатков армии, противостоят террористы связанные с "Аль-Каидой".

— Что скажешь, Сатар? Устало спросил полковник.

— Мой брат, будет молчать! Я ручаюсь за него…

Мирзапур покачал головой. Что ему сказать? Раз американцы забрали Асфана с собой — значит он развязал язык.

— Успокойся, Сатар. Конечно твой брат будет молчать. Найдем его — обещаю. Далеко увести его не могли — дороги перекрыты. На юг, к саудам, американцам не пробиться. Сунниты, их сами освежуют, как барана в Байрам. Остается на север, в Курдистан. Надо активизировать поисковые мероприятия именно там. Распорядись.!

Козырнув Сатар пулей выскочил из кабинета. Подождав, пока за подчиненным закрылась дверь, полковник сел на кресло и схватил себя за голову.

Все! Мышеловка захлопнулась. Лимит его удачи исчерпан. Американцы раскололи безмозглого братца Сатара как гнилой орех и выведали информацию про "Куат-аль Кудс" и их похождения в Европе. Вопрос дней, скорее уже часов, пока эта информация дойдет до президента Низами, командования "Пасдран" и контрразведки. Узнав о том, что командир элитного спецназа Корпуса Стражей Исламской Революции, играл в свои собственные игры за спиной у командования и втравил Иран в третью мировую войну- специалисты из ВЕВАК деловито сдерут с него кожу, перед этим так же поступив с женой и детьми. У них это хорошо получается, шахские палачи обучали.

Надо бежать. Немедленно, вместе с семьей, пока здесь еще хаос, пока идут бои. В беспорядке, проще затеряться. Второго шанса — судьба ему не даст.

Не закрывая двери кабинета, Мирзапур вышел в пропахший хлоркой и потом тюремный коридор. Сейчас, камеры за решетчатыми перегородками — были пусты, но скоро, очень скоро — они будут битком. ВЕВАК уже давно составила списки лояльных оккупантам местных жителей, активистов курдского и суннитского сопротивления. Пока, с ними на улицах расправляются солдаты и боевики "Армии Махди" не щадя ни женщин, ни детей. Через пару — тройку дней, когда вслед за занявшей Багдад иранской армией в город войдут чиновники и жандармы, которые сейчас сидят в обозе. Бессудные расправы быстро сойдут на нет, вместо этого придет беспощадное и холодное словно дамасская сталь — шиитское правосудие. И этот тюремный комплекс Абу-Грейб, придется как нельзя кстати. Есть место и для заключения и для допроса с пристрастием и для казней.