Читаем Стая демонов полностью

Другой демон Страйка напрягается, на его губах появляется угрожающее рычание. Как и у Виктора, у него на шее и руке каскад алых татуировок. Возможно, он и угощал гиен выпивкой — факт, который я использовала в своих интересах, чтобы получить доступ в комнату, — но теперь его задачей будет прикрывать спину Виктора, если сделка сорвётся.

Гиена с грязными ногтями и навязчивой идеей стучать по стеклу поднимает голову и улыбается Виктору через стол.

— Мы слышали, у вас были проблемы с последней доставкой.

Чёрт возьми, да, у них были некоторые проблемы. Я продолжаю медленно расхаживать по комнате, бесшумно ставя бокал Виктора на стол перед ним, на этот раз стараясь к нему не прикасаться. Мой взгляд снова устремляется к теням в дальнем углу комнаты, успокаиваясь от того, что темнота немного рассеивается.

Виктор отмахивается от намёка на на то, что демоны Страйка теряют хватку.

— Просто заминка.

Гиена с грязными ногтями издаёт смешок.

— Так ты называешь мстителей в масках, которые украли твои наркотики прямо у тебя из-под носа? Заминки?

Я старалась сделать шаги тише, когда я продолжила идти к другому демону Страйка. Полагаю, моих сестёр и меня называли похуже, чем «заминки».

Виктор невозмутимо смотрит на него.

— У нас всё под контролем.

Две гиены издают насмешливые звуки, обмениваясь взглядами.

Виктор громко вздыхает и готовится подняться со своего места.

— Ты либо хочешь заключить сделку, либо нет. Это премиальный продукт. Мы с лёгкостью найдём других покупателей.

Уоллес быстро ответил.

— Нет! — он понизил голос, его смех на этот раз слегка нервный, и походе, гиены разыграли свою уловку настолько, насколько были готовы. — Нет необходимости. Если продукт настолько исключительный, как ты говоришь, мы просто попросим, чтобы мы могли его осмотреть и оценить его стоимость, тогда мы договоримся.

— Это приемлемо, — отвечает Виктор, продолжая стоять.

Другие демоны Страйка присоединились к нему.

— Встретишь на с на автостоянке напротив Кладбища Вудфилд. В 13:00 ровно. Продукт будет там.

Облегчение захлестывает меня изнутри. Наконец-то. У меня есть местоположение. Я задержалась дольше, чем следовало, и мне пора уходить. Я перегруппируюсь с Марией и Таней, и доберёмся до автостоянки до того, как сделка состоится.

Я уже поворачивается к двери, когда Уоллес окликнул его:

— Возможно ты готов подсластить сделку?

Виктор полуобернулся, блокируя выход.

Я прижалась ближе к стене, прячась в тени, в то время как холодный взгляд Виктор,

к моему ужасное, скользит по мне. Ужасающая улыбка кричит его губы.

— Конечно, — сказал он Уоллесу. — Я улажу всё с владельцем.

Я прищурилась. Что?

Мне потребуется всего секунда, чтобы догнать его.

Уоллес внезапно оказывается позади меня.

Он быстрее, чем кажется на первый взгляд, и его кулак обхватывает моё предплечье, крепко сжимая, когда он отрывает меня от стены. Он ожидает, что я попытаюсь отстраниться, поэтому я прижимаюсь к нему — ровно настолько, чтобы заставить его поверить, что я напугана, но не настолько, чтобы показать свою истинную физическую силу.

Чёрт. Пока Виктор не уйдёт, я должна выглядеть легкой добычей, иначе он начнет нервничать и переведёт своего пленника куда-нибудь в другое место. Демоны Страйка скрывают свои постоянно меняющиеся местоположения, окутанные магией, и найти их без прямой информации практически невозможно. Мне нужно, чтобы Виктор покинул эту комнату, веря, что я беспомощная официантка и что гиены встретят его, как и планировалось.

Взгляд Уоллеса скользит по моим волосам, к моей ложбинке, к моим бёдрами, и я вздрагиваю снова — как будто мне страшно.

— Вы не можете этого сделать, — пискнула я, когда Виктор дотронулся до дверной ручки. — У меня есть друзья. Они придут, разыскивая меня. Отпустите меня!

Уоллес крепче сжимает мою руку.

— Детка, я отпущу тебя, когда с тобой закончу.

Гиена с грязными ногтями кружит вокруг стола позади нас, с его губ срывается хриплый смешок, когда Уоллес притягивает меня к своей груди, обхватывая руками за талию в сокрушительном захвате.

Его приятель протягивает руку, чтобы схватить меня за конский хвост, больно дергая за фиолетовые пряди.

— Такой необычный цвет, — говорит он, и его губы растягиваются в улыбке, от которой мне хочется разорвать его лицо на части. — Кажется, я слышал о таком. Она одна из тех уродливых гибридов.

Уоллес рассмеялся мне на ухо, в его голосе звучал сарказм.

— Не так уж и страшно, в конце концов, да?

Мои волосы делают узнаваемой — не как мстителя, но как мерзкой полукровки. Это недостаток, который слишком часто выдаёт мою личность, но ч ничего не могу с ним поделать. Я пыталась красит их, осветлять их, брить их — только чтобы обнаружить, что они отрастил в течение недели. Ничто не берёт их. Я даже какое-то время носила парки, но эти проклятые фиолетовые пряди все равно выбивались, словно хотели быть на виду. Единственный раз, когда мои волосы спрятались, — когда мы активировали наши магические маскировки, поэтому, в остальное время, я принимаю свою двойственную натуру. Мои волосы — часть меня, это исключительно моё мнение, и я их принимаю.