Читаем Срок для президента полностью

Вклада, равновесного вкладам романо-кельтско-германских народов, славянские народы в европейскую культуру внести никак не могли. Ну позже они оформились, окраиннее жили, маломощнее были. Чешские и польские средневековые города, заметьте, строили немцы, как бы ни пытались сегодня западные славяне доказывать обратное. Вы почитайте перечни великих открытий и изобретений. Как кто из славян — так на родине праздник! Коперник — Польше ура! Тесла — да здравствуют славяне! Менделеев (Менделя сын будет?) — наша слава! Прочие — оттеда…

Мы. Алфавит и религия пришли из Европы. Водка и моды из Европы. Итальянский балет, итальянская архитектура, голландская корабельная терминология, французские манеры и язык. Самолет, танк, винтовка, пулемет. Социализм — из — Европы!!!

И победил у нас социализм, и противопоставили мы себя Европе, и пообещали коммунизм во всем мире, и подсела Европа на снотворные.

Евангелие? Евреи! Утопизм? Англичане и французы! Рождественская елка? Немцы!

Мы — следовали европейской культуре. Подражали. Перенимали. Старались. Стажировались. Приглашали к себе. Но органичной частью ее как целого — ну побойтесь Бога. Блока почитайте. Гоголя насчет русской силы.

Возраст народа и фаза этногенеза. Цезарь писал: «В битве галл боится смотреть в глаза германцу». О славянах Цезарь ничего не писал. И никто в то время не писал. Не ведали предков славян в Европе тех времен.

Когда германцы сидели римскими императорами и женились на патрицианках — о славянах все еще не слыхали. Когда римляне западные и восточные совокупно с германцами промеж них частично перемешавшимися уже приняли христианство в государственном масштабе — славяне все еще были неизвестны. (Хотя ныне «ученые-патриоты» строят гипотезы о жизни славян древности. Ну — до древности эстонцев или украинцев им далеко — те вообще предки неандертальцев.)

Когда Карл Великий основал соответственно Великую Империю — Рюрик мифический и легендарный, родоначальник князей русских, отсутствовал по причине половой недозрелости своих будущих родителей. Когда Ярослав Мудрый, он же Ярицлейв Скупой, переводил «Салическую Правду франков» на древнерусский и называл ее «Русская правда» — итальянские студенты шли в университет Болоньи.

Они старше — мы моложе. Это не хорошо и не плохо — это так! Любой возраст имеет свои преимущества и недостатки — свои особенности имеет! Западные европейцы — которые и есть собственно европейцы — и мы находимся в разных фазах. Они раньше растворятся и исчезнут. Но покуда они больше сделали.

Национальное тщеславие понятно и простительно. Но в качестве научного подхода — ошибочно и лживо. Не примазывайся к чужим свершениям — делай свое!

Национальная самооценка. Ну обычная же вещь — в книге, в фильме: «Как всякий русский человек… Типично русская черта…» — и т. д. Русские сами себя адекватными европейцам никогда не считали.

За иностранцами признавались честность, порядочность, аккуратность, профессионализм. Храбрость — с оттенком наивности и дури. Трудолюбие — с оттенком туповатости и неумением словчить для пользы дела.

Образ иностранца в русском социокультурном пространстве — это позитив как сочувственная жертва плутовского романа.

Иностранец привык работать и воевать в простом и прямом социальном пространстве, где торжествует детская справедливость. Но в русской жизни он беспомощен — наша жизнь крива, хитра, несправедлива и требует для достижения результата «нерабочих», «нештатных» качеств. Умений пить, обольстить, обаять, обмануть, сбежать, предусмотреть.

Если «условный иностранец» — добросовестный и высококвалифицированный работник, то «условный русский» — это разведчик во вражьем стане, накинувший личину простака и рубахи-парня: готов любой обман предвосхитить собственным обманом.

«Мы пьем, мы разгильдяи, мы бесхозяйственные, зато мы душевные, щедрые, простые, добрые, очень талантливые, просто жизнь наперекосяк, амбиций нам не хватает и усидчивости, а они настойчивые, мелочные, подсчитывают все». Вот — разница народного трафарета.

Так есть ли мы Европа при такой оценке своей разницы с Европой?

Мироотношение. Ребята. У нас мало улыбаются. Мало шутят. Мало радуются жизни. Когда мне — еще студенту! — это сказали иностранные стажеры, я не поверил и обиделся. Потом стал присматриваться. Потом посмотрел мир.

Потом я понял, чем мне всегда были отвратны наши исторические фильмы о допетровских временах. Не обращали внимания? Абсолютным и принципиальным отсутствием юмора. Словно там не было веселья — кроме натужного фольклора. Церковные службы мрачны. Совещания мрачны. Отношения тяжелы. Обязанности суровы.

Французские, английские, итальянские «кина» — с весельем! с мушкетерами! там шутят и священники, и генералы! У нас — только шут, и то мрачно.

Европейцы ржут больше. Их жизнь меньше задолбала? Они в принципе оптимистичнее?

Все уже обращали внимание, что большинство русских юмористов — евреи? Евреям что — живется лучше? Или врожденные идиоты, трудностей жизни не понимают? Или именно издеваются над русскими?