Читаем Средь сумерек и теней полностью

Средь сумерек и теней

Почитатели химеры,Я умерю вашу боль!Ты несчастен? Лишь изволь —Счастьем наделю без меры.Я, Изида, легкой тканьюСкрытая, – сорву уборы;Привлеку людские взоры,Подчиненные желанью.Дивная сирена в море,Песней ласковой зовуВ мир, запретный наяву,Где тотчас утихнет горе.Я – сияние над срамом,И меня угасишь разве?..Я служу отверстой язвеИсцеляющим бальзамом;В край маню обетованный,Огненным столпом вставая;Там душа замрет живая,Гробовой насытясь манной.Я влеку не без причин!Я дарю тебе – лови! —Наслаждения любвиИ сокровища пучин.Лествицу златую смелоЯ подъемлю к небосводу;И дарю душе свободу,И вливаю силы в тело.Тело спит, не помня муки(Ибо муки больше нет),Различая в звуках – цвет,Узнавая в цвете – звуки.Я умею сделать разомСо сноровкой нелюдскойКаплю каждую – рекой,Каждый камешек – алмазом.Насыщаю зыбкой теньюВаши алчущие взгляды;Золотые водопадыНизвергаю по каменью.Для поэта, что жестокоИсстрадался, изнемог,Строю царственный чертог,Полный роскошью Востока.Одалисок томны позы,Баядерок страстны пляски,И певец приемлет ласки, —А чело венчают розы.Полумрак в чертоге, дымномОт душистых воскурений;И творца стихотворенийЧествуют веселым гимном!. . . .Кто хоть раз меня вкусил —Не отступится вовек:Где почерпать человекБез меня сумеет сил?Силою моей великойВ малом властвую, и многом.Сделаю владыку – богом,А убогого – владыкой.Попирая все вокруг,Воцарюсь над миром теней,И в источник наслажденийОбращу источник мук.Я – венец, а не ярем,Я – родник добра и блага,Я – дерзанье и отвага,И цветет во мне Эдем!Я – скончание невзгоды,Прекращенье круговерти;Я вливаю в кубок СмертиЛеты сладостные воды.

<1890>

Из книги «Снег»

Вступление

Грядет зима, и не осталось древа,Что с желтой не прощается листвой;И ветер смолк: унылого напеваНе слышно под луною гробовой.И в час ночной, извергнут темной тучей,Безудержен, обилен и колюч,Снег собирается в сугроб сыпучий.Но брызнет солнца утреннего луч,Тепло неся – и снег бежит потокомК соленым водам, к синеве морей…Я прозябал в отчаяньи глубоком,Но я умерил боль души моей!При блеске одинокого светила,Что вышло средь обставшей темноты,Моя душа холодный стих явилаИ бросила на белые листы.Как снег – сугробом, строфы стали – томом;Но беспощаден солнечный восход,И потекут стихи путем знакомым —В забвение, в пучину горьких вод.

<1892>

Картины древности

Барельеф

Вивино Говантес-и-Говантесу

Перейти на страницу: