Читаем Спутник экстрасенса полностью

Учащается пульс. Через минуту-полторы потяжелела рука. Появились совсем новые ощущения - ниже поясницы, сзади. Весьма заметно "раздвигаются" кости таза (сильнее, чем это было на прежних сеансах). Клонит в сон. Чуть припекает правую лопатку. Усиливаются ощущения в области таза. Теперь они уже есть не только сзади, но и внутри и спереди. Похоже, что поле пронизывает насквозь. В животе что-то медленно прошло снизу вверх. Никаких болей нет, но ощущений действия много. Сильно ощущается поле внутри и вокруг меня (сижу как в конденсаторе).

Ощущается сильный запах озона и привкус металла во рту".

...На этом мы прервем чтение дневниковых записей пациентки. Привел я их по двум причинам: во-первых, чтобы вы могли представить себе те ощущения, которые может испытывать пациент, а во-вторых, вернуться к попытке объяснить феномен блокирования радиосвязи во время моих сеансов.

Итак, в чем может быть причина блокирования? Во всяком случае, моя гипотеза отличается от тех, которые выдвигают болгарские ученые.

Вспомните, пожалуйста: во время грозы вы чувствовали запах озона, подчас очень резкий? Конечно же, да. А теперь еще один факт. Вам не приходилось слышать о том, что во время грозы может нарушаться связь? Приходилось, конечно. А почему бы не предположить, что помехой радиоволнам может служить озонированный воздух? Массы такого воздуха могут быть огромными.

Чтобы узнать, какова толщина слоя озонированного поля вокруг Ольги (а факт появления озона во время моих сеансов - массовое явление), я предложил пациентке встать, заметить место, на котором она стоит и резко пойти вперед. Еще одно условие. Ее обоняние должно четко улавливать запах озона, чтобы отметить границу участка, за которой он пропадает. То есть, она как бы выходит из наработанного слоя озонированного поля. И нужно время, чтобы такой слой вновь образовался вокруг пациентки. Оказывается, толщина озонированного поля достигает двух метров. По моим предположениям, именно это поле является препятствием для прохождения радиоволн.

Время покажет, кто прав.

НЕОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ ОДНОЙ СЕМЬИ

А сейчас я расскажу еще об одном случае из моей практики, при рассказе о котором у слушателей неизменно вырываются возгласы удивления, восторга, а у людей эмоциональных - увлажняются глаза.

В январе 1988 г. в мою квартиру привели, поддерживая, высокого парня, Артура М. из г. Николаева. Изможденное лицо, впалые глаза, взор потухший, выражение обреченности и безысходности. По всему видно, что паренек этот постоянно борется с сильнейшими болями, которые измотали его вконец.

Вот записи из его дневника:

"13 сентября 1985 г. мне сделали операцию аппендицита, после этого через четыре месяца начались боли в животе, врачи установили частичную непроходимость. Сделали еще одну операцию, рассекли спайки. В последующие 3 месяца мне было хорошо, но вскоре вновь начались боли. Врачи сказали, что началась спаечная болезнь. Вновь нужна операция. Но это лишь временное облегчение. Поехал в Киев, в институт клинической и экспериментальной хирургии, где мне сделали полное обследование и где была подтверждена спаечная болезнь, а кроме того обнаружены: частичная непроходимость кишечника.

хронический гастрит, колит, холецистит. Сказали, что без операции не обойтись и продолжаться они будут до бесконечности, пока мой организм способен их будет выносить.

Вторую операцию сделали 10 мая. Вернулся домой. Вновь вернулись боли, такие сильные, что хоть ложись и помирай, сил не было терпеть. Каждый день ко мне приезжали врачи "скорой помощи": сделают укол - немного полегчает, потом опять боли. С 1987 г. по январь 1988 г. 35 раз "скорая помощь" отвозила меня в больницу, где столько же раз мне делали рентгеноскопию. 35 раз! И каждый раз при этом мне вводили 2 кубика димедрола.

Знакомые и родственники узнали от кого-то о том, что в Москве живет Евгений Анатольевич Дубицкий, который любит брать очень сложные случаи. Каким-то образом узнали его адрес и телефон. Евгений Анатольевич, к счастью, согласился меня принять.

И вот я в Москве. Я поведал Евгению Анатольевичу о том, что мне дали инвалидность, что мне пришлось бросить институт, куда я поступил учиться, получил в военкомате "белый билет", что у меня нет никаких перспектив на будущее. Сколько осталось жить - неизвестно. Во всяком случае, врачи сказали, что максимум я выдержу две-три операции. После этих слов они уже разводили руками.

И вот наконец начался первый сеанс. С трудом сижу на стуле, очень плохое самочувствие, сильные боли в кишечнике. Затем в шее почувствовал сильный прострел. Ощущение от него сохранялось до конца сеанса. В середине сеанса отяжелели руки и ноги, тяжесть вдавила тело в стул. Затем по всему телу стало разливаться тепло. Заболели виски и голова. Потом прекратились все болевые ощущения.