Читаем Спецкор - Прерия полностью

Вышла на заранее присмотренный пятачок пляжа с плоским камнем, вдающимся в реку, словно причал. От нашего пристанища, где был припаркован катамаран, это укромное место отделяли кусты и рядок невысоких валунов. Там я разделась полностью и принялась за стирку. Дело непривычное но, сколько можно ходить в одном и том же! Жаль, не было мыла. Однако, с помощью песка удалось довольно сносно отскрести несколько пятен. Потом мне это жутко надоело, так что просто активно полоскала одежду. Содержимое карманов, револьвер и ботинки остались на камне. Крохи все не было видно, поэтому решила искупаться. Кусок веревки из Крохиных запасов еще не весь истратился, так что привязала ее между двух деревьев, и развесила мокрую одежку, кое-как отжав.

Усталая, но довольная, бросилась, наконец, в воду, чувствуя, как расслабляются все мышцы. Плавала долго и с упоением, то на спине, отдыхая, едва шевеля руками и ногами, то переворачивалась и нарезала круги вокруг торчащего посреди бухточки большого камня. С одной стороны валун плоско уходил в воду. Нащупав его ногами, я практически пешком вышла на сухую часть и легла на нагретой поверхности позагорать. Конечно, вечереет уже, но солнце еще не село. Впрочем, цели загореть не было. Я всего лишь делала то, что хотелось.

Неприятность меня ждала по возвращении. Лишь коснувшись ногами дна уже рядом с нашей стоянкой и увидев Кроху около весело потрескивающего костерка, я неожиданно сообразила, что совершенно обнажена, а вся одежда в мокром виде сушится на веревке.

А с берега пахло очень вкусно жареной рыбой, заставляя глотать слюнки, наглый же Кроха поглядывал на меня с явной ухмылкой, ожидая, как же я поступлю. Прекрасно понимал, негодяй, почему я застыла в воде, погруженная в нее по шейку. Он даже выразительно кивнул на развешенное белье, вызвав желание запустить в него чем-нибудь тяжелым. Правда потом вдруг указал на то место, с которого я стартовала, и я с удивлением увидела там крупные листья вроде лопухов, нанизанные на веревку. Не раздумывая больше, а то уже начинала дрожать, отбросив заодно всякую стеснительность, гордо прошествовала к месту стирки, где все еще кучкой лежали моё оружие и сумка. Веревок с лопухами, или точнее большими и гладкими листьями, оказалось две. На одной - один лист, на втором два. И что прикажете делать?

Вздохнув повязала с одним листком на бедра, а два прекрасно прикрыли грудь. Вид сзади слегка беспокоил, но потом плюнула. Очень есть хотелось. Реакция Крохи на мой наряд была вполне равнодушной, так что скоро я вообще перестала переживать.

Тем более что все внимание приковала к себе жареная рыба. На этот раз она была одна, но большая.

Шеф-повар разделил ее на две части, пристроив широкий листок с обеими порциями на плоский камушек между нами. Устроившись на теплом песке, ели руками не спеша. Ведь, несмотря на то, что очень вкусно, а мы сильно голодны, понимание, что на сегодня - это всё, заставляло сдерживаться. В итоге обсосала каждую косточку и вылизала пальцы. И лишь после этого запила ужин чашечкой какого-то сладкого отвара, заботливо налитого из все того же пакета.

Ощутив блаженную сытость, я легла на песок, прикрывая глаза. Сонливость наваливалась волнами. Всё же, это не помешало мне сообщить довольно слабым голосом, что сегодня я больше никуда не поплыву.

***

Проснулась в полной темноте и страшно испугалась. Снилось что-то ужасное, непонятное, сумбурное. Меня даже слегка трясло и хотелось протянуть руку и срочно включить свет, чтобы развеять кошмар и понять, что это всего лишь сон. Кошмар был тот же, что и в раннем детстве, и позже, когда я была подростком и мама оставляла меня на ферме Александры, а я сильно скучала по ней первое время. Всё тот же сон - яркий и одновременно никакой, но наполняющий душу безотчетным ужасом, который не до конца проходил и при пробуждении. Когда была маленькая - я просто плакала в таких случаях, включая свет, и скоро становилось лучше, а что делать теперь? Когда я выросла?

Рука наткнулась на что-то холодное и шершавое вместо гладкой стены, я дернулась от испуга, и тут вспомнила, что я на другой планете. Более того - в самом сердце этой Прерии, потерялась, и осталась совсем одна - один на один с самыми страшными ее обитателями.

И тут же ощутила рядом с собой тепло, разом вспомнив, что все же не одна. А после, словно окончательно подтверждая эту мысль, теплый влажный язык лизнул меня в нос.

- Кроха, - вздохнула с чувством облегчения, поворачиваясь и утыкаясь в мохнатую грудь. Страх съежился до маленькой точки в сознании, и скоро совсем растворился, когда сильная лапа обняла меня за талию и притянула поближе к себе. Я ощутила, как меня снова клонит в сон. Как же я устала! Надо поспать…

***

Приятно, оказывается, после утреннего купания снова надеть высохшую чистую одежду! Несколько раз продефилировала туда-сюда по бережку, словно модель на показе мод. Кроха смотрел на мои кривляния, склонив голову на плечо, а потом выразительно погладил живот.

Ничего в искусстве не понимает!