Читаем Спасти Смоленск полностью

– Дрогнули, – вздохнул Свешников. – Не все, конечно, но из тех, к кому незнакомец обратился напрямую, никто не отказал. Ждём гостей с минуты на минуту. Скоро сюда придут, чтобы нас убивать.

– Что – вот так напрямую? – удивился Дёмин.

– Плохо о них думаете, товарищ воевода. Незнакомец целый план разработал. Предатели используют хитрость, какой-нибудь предлог, чтобы выманить нас из дома, а потом разделаться с нами на улице.

– А фон Ноймарк? Тоже нас предал? – с сожалением спросил подполковник, который испытывал определённую симпатию к командиру наёмников.

Тот казался человеком надёжным, из тех, кто не бросает слов на ветер и знает, что такое честь, пусть даже это честь наёмника, который продаёт свою шпагу за деньги.

Свешников перевёл вопрос. Шлоссер отрицательно замотал головой.

– Найн!

И тут же выдал горячую тираду.

– Фон Ноймарк всегда верен тому, с кем заключил договор, – с облегчением перевёл Свешников. – Он не в курсе. Но в любом стаде всегда найдётся паршивая овца, а незнакомец как чувствовал, к кому обращаться. К Шлоссеру, к примеру, он не подошёл. Нам повезло, что мой немецкий коллега совершенно случайно услышал обрывок разговора.

– Может, ему почудилось? – предположил Дёмин. – Неправильно понял, например. Мало ли что с перепою покажется. Где он, говоришь, разговор услышал – в кабаке?

– Увы, – вздохнул Свешников. – Мой немецкий друг, конечно, не отказал себе в удовольствии промочить горло кружкой горячительного напитка, но голову при этом имеет вполне трезвую. Студенческие привычки, знаете ли…

– Хм, – задумался Дёмин. – Спроси у немца, в курсе ли он, откуда взялся этот типчик?

Свешников обменялся с Шлоссером парой реплик, потом ответил:

– Пришёл прошлой ночью через потайной ход под стеной.

– Погоди, – напрягся Дёмин. – Через тот, что ли, возле которого я поставил охрану? Или есть другой лаз, и мы о нём даже не догадываемся?

– Именно, что через тот самый ход, – подтвердил Свешников.

– Та-а-к! – зло протянул подполковник. – Морошкин, твою мать! Ты что – совсем уже мышей не ловишь? Через наш ход шастают все, кто ни попадя, тайные заговоры плетут, а мы, значит, ни сном ни духом!

– Виноват, – понуро опустил голову Морошкин. – Не доглядел я, выходит. Разрешите исправлять?

– Упущенное наверстаешь после того, как разберёмся с предателями. Если немец ничего не перепутал, скоро к нам пожалует делегация. Готовимся к встрече дорогих гостей. Ну, а герру Шлоссеру выскажем наше спасибо. И подкрепим его чуть позже монетой, когда всё устаканится.

– Ну, а сейчас-то что со Шлоссером делать? К обороне будем его привлекать? – обеспокоился судьбой нового друга историк.

– Пускай в доме посидит какое-то время связанным. Ты ведь его второй раз в жизни видишь, Михалыч? – спросил Дёмин.

– Да, – не стал отрицать очевидный факт учёный.

– Тогда сам понимаешь: доверяй, но проверяй. Вдруг его ночной визит сюда – часть вражеского плана? Так и передай своему немцу. Пусть не обижается. Он человек служивый, должен понимать.

– Он всё понимает, – облегчённо сообщил Свешников, когда дождался ответа от Шлоссера. – Никаких обид. Только сожалеет, что не может принять деятельное участие.

– На его век драчек хватит. Пусть передохнёт немного. А теперь, отряд, слушай мою команду. Боевая готовность номер один. Ждём, – распорядился Дёмин. – Гостя с той стороны брать живьём. Чует моё сердце – непростой человек по наши души пожаловал.

– Со стрельцами, что у входа на карауле стоят, что делаем? – задал Павленко вполне резонный вопрос. – Если им за нас прилетит – как-то некрасиво получится.

– Стрельцов сюда. От них толку мало будет. Павленко и Морошкин, снимите с них кафтаны и шапки, в общем, переоденьтесь и встаньте вместо них на посты. Вряд ли в таком облике вас распознают.

– Исполним, – кивнул Морошкин и позвал в дом обоих охранявших штаб с улицы стрельцов.

Мужики, конечно, удивились, когда узнали, чего от них требует начальство, но спорить не стали. Покладисто разделись и были приставлены Морошкиным охранять связанного Шлоссера.

Он не обманул. Через четверть часа к дому подошла группа наёмников, среди которых затесался один типчик в крестьянском латаном-перелатаном зипуне. Логично было предположить, что это и есть тот самый гость с той стороны стены.

Павленко, изображавший из себя стрельца, насчитал дюжину противников.

Он шагнул навстречу делегации, преграждая бердышом дорогу.

– Куда прёте?

– Кличь воеводу, – выступил вперёд «крестьянин».

– С какой такой стати я его посерёд ночи поднимать буду? – ухмыльнулся Павленко.

– С такой, что если тебе дорога жизнь, ты его позовёшь. Пущай на стену поднимется. Кажись, ляхи приступом на город идут.

– Ну, это дело другое!

Павленко отвёл бердыш, постучал в дверь.

Та распахнулась.

Согласованности между собой у наёмников не было. А может, нервишки не выдержали или посещение кабака не прошло бесследно. Алкоголь – он ведь прекрасно туманит мозги и мешает принять нужное решение.