Читаем Спасенное сердце полностью

Пастор Элси Джеймс провел церемонию перед братьями Кая, их старухами и моими сестрами — которые были подружками невесты — в красивом саду возле нашего коттеджа. Даже Элисия, сестра Кая присутствовала, что шокировало клуб. Она сказала, что готова рискнуть быть раскрытой, чтобы только увидеть, как «изменившаяся шлюха», ее брат, женится. Но я знала, что она хотела быть здесь ради своей семьи в этот особенный день, и я видела, как был счастлив Кай, когда Сия появилась со слезами гордости на глазах.

Мы с Каем обменялись кольцами. Он дал мне простое золотое кольцо, надев его на мой палец, когда самая идеальная церемония подходила к концу. Мы сказали «согласны», и когда солнце достигло своего пика я официально стала «Собственностью Кая»

Пастор Джеймс объявил нас мужем и женой, и Кай повернулся к своим братьям, скрепив наш союз, прокричав:

— Живи свободным, разъезжай свободным, умирай свободным! — когда мы проходили через семью МК, и они с радостью подхватывали клич.

Они приняли нас как мужа и жену.

Позже в это день мы сидели на крыльце, я на коленях Кая проводила пальцем по золотому кольцу на его пальце, и была не в состоянии остановить чувство полного удовлетворения.

Кай поднял мою руку к своему рту и спросил:

— Тебе хорошо, детка?

Положив руку на грудь своего мужа и смотря, как моя семья пьет и смеется в моем саду, я сказала самые правдивые слова, которые когда-либо говорила:

— Мое сердце в покое. Без моей красоты, но благословенное твоей безоговорочной любовью. Впервые в жизни я полностью умиротворена.

Кай вздохнул. Я узнала это был сигнал его согласия.

Стикс и Мэй заехали во двор на мотоцикле, после сопровождения Мэдди в церковь. Моя сестра нашла свое место в четырех белых стенах церкви Спасителя. Она нашла покой в месте без осуждения и боли. Она сидела часами у ног мраморного Христа под бдительным взором пастора Джеймса. Я знала, что она не останется на моей церемонии надолго. Ей все еще было некомфортно находиться среди людей.

Мэй подошла к нам, улыбаясь, и наклонилась поцеловать меня в макушку, прежде чем села на колени к Стиксу в кресло-качалку рядом с нами. Ковбой и Хаш были с другой стороны, болтали с Элисией. Она и Ковбой были увлечены беседой о лошадях и родео, Хаш не мог отвести взгляда от нее тоже, казалось, их троих мгновенно притянуло друг к другу. Я не могла сдержаться и захихикала от гиперопекающей хмурости Кая, но мне нравилось видеть Сию улыбающейся и счастливой.

Мое сердце порхало от счастья. У меня была еще одна сестра, которую я любила.

— Думаю, она нравится им обоим, — прошептала я Каю. — И думаю, они тоже ей нравятся. — Его взгляд дал мне понять, что он недоволен этим фактом.

Рассмеявшись на прищуренный взгляд Кая, пока он следил за их разговором, я повернулась к Мэй.

— Как Мэдди? Казалось, она наслаждалась церемонией.

— Да, — сказала Мэй. — И ей лучше. Хотя я не уверена, что сделает ее по-настоящему счастливой и заставит чувствовать себя в безопасности.

Я отправила молчаливую молитв Господу, чтобы он помог Мэдди найти ее путь.

— И психи вернулись!

Я посмотрела в сторону волнующейся толпы у входа на нашу собственность. Викинг и АК только что заехали во двор в своем фургоне. Флейм выпрыгнул с заднего сиденья, его братья подходили поприветствовать его. Все это время Флейм был в больнице, восстанавливался после ранения в шею. АК и Викинга отправили присматривать за ним, чтобы когда он отходил от успокаивающих препаратов, никого не покалечил.

Хащ и Ковбой подпрыгнули на ноги и оба похлопали его по спине, приветствуя его возращение, и эти двое мужчин заставили меня улыбнуться. Они оба остались с нами и, как объяснил Кай, получили жилеты с патчами Остина. Когда я увидела, что Сия смотрит на них, покраснев, то задумалась, будем ли мы видеть Сию чаще.

Таннер, друг Тэнка, тоже переехал в клуб. По большей части он был тих и замкнут. Мне всегда казалось, что в его сердце много печали. Кай рассказал мне, что сначала невзлюбил этого мужчину, но после того как Таннер рискнул своей жизнью, чтобы вернуть меня, Кай зауважал его.

Голова Флейма крутилась из стороны в сторону, и он оглядывал двор как животное, в поисках добычи. Викинг вложил ему в руку бутылку пива, но Флейм бросил ее на землю и продолжил поиск.

Увидев, что мы сидим на крыльце, Флейм рванул к нам, мышцы его груди и рук выпирали из-под множества татуировок. Он был в жилете, но без футболки, в кожаных штанах и тяжелых черных ботинках. На одной стороне его шеи были швы красные и со шрамами, там, где моя пуля встретилась с его шеей. Увидев рану, я испытала вину.

— Где она? — огрызнулся Флейм на Стикса, прежде чем у меня появился шанс извиниться за то, что ему сделала.

Стикс сощурил глаза, тем не менее молчал.

Следующим Флейм посмотрел на Кая. На это раз его голос был как битое стекло.

— Где. Она?

Кай заерзал подо мной, поправил мое положение у себя на коленях и сказал:

— Успокойся, нахер, брат. Ты только вернулся, и сегодня моя гребаная свадьба, на случай, если ты не заметил!

Флейм излучал ярость, его лицо стало красным, он закричал:

— ГДЕ, БЛ*ДЬ, ОНА!