Читаем Создатель полностью

Круговцы, узнавшие об этом, прибежали к создателю, но тот весьма холодно обошелся с ними, заявив, что из Общего дома уезжать не собирается. Силыч намекнул на ситуацию с Лассалем, но Гарри даже не стал говорить с ним об этом… Запой его продолжился, водка сменялась пивом, пиво – крепленым вином. Гарри переходил из одной студенческой кельи в другую и веселился от души. Деньги он получал откуда-то регулярно по почте, впрочем, иногда пил и в долг. В один из таких загулов Наркизов познакомился с парнем по кличке Летчик… Его звали Виталиком; с декабря он стал частым гостем студенческого общежития, хотя никто не мог, наверное, сказать, к кому и зачем он приходил. Студенты Юника были, в общем, гостеприимными людьми и открывали двери перед всеми бродягами.

Гарри познакомился с ним на одной пьянке у Эльдуса, обожавшего песни Аллы Пугачевой и уверявшего, что сия дива «поет от души, в натуре, от души, да». Они разговорились о том, о сем, и Гарри пригласил Виталика к себе продолжить беседу. По словам Летчика, он закончил в свое время летную школу и происходил из знатной семьи роскомресповских служак. Однако на предложение создателя немного полетать с балкона Летчик не прореагировал и чуть не обиделся. Когда же закончилась купленная вскладчину водка, Гарри предложил пройтись к "зеленому глазу” и купить бутылку. Летчик же помотал головой и предложил ехать только в кабак…

Сосчитав финансы, новоявленные приятели решились на это сомнительное предприятие. Пьяные почти до упора, они вырулили из Общего дома и направились к стоянке такси возле общаги. Но единственный стоявший там водитель, не желая пьяных разборок, тут же сорвался с места и укатил в неизвестность. Не дождавшись другой машины, "друзья" отправились в свой нелегкий путь на третьем трамвае, ибо в Городе было лишь три маршрута, как в русских сказках. Цель их путешествия была местный ресторан «Янтарь», единственное приличное место в Городе, куда обычно не пускали откровенную алкашню… В трамвае они громко спорили с кондуктором, не хотели платить за билеты и производили впечатления отвязных хлопцев. Впрочем, скоро доехав до нужной остановки, они выгрузились из полупустого трамвая и поплелись к ресторану. «Янтарь» ярко сиял, разгоняя удушливый мрак провинции, изнутри доносились громкая музыка и мат.

По неписаным правилам роскомресповских кабаков швейцар долго не хотел пускать Летчика и Гарри, ссылаясь на скорое закрытие (было только девять часов, ресторан закрывался в одиннадцать), но по предъявлении зеленой бумажки сжалился над страждущими. Собутыльники быстро разделись в гардеробе и, миновав зевающих ментуриан, дежуривших здесь и ожидавших своей добычи в виде сильно пьяного, проскользнули на второй этаж заведения. Приход их не произвел ровно никакого впечатления… В зале гремела музыка 70-х годов, по лицам посетителей было видно, что они уже хорошо поднабрались. Кто-то бойко решал вопрос одноночной любви, признаваясь во вселенских чувствах к своему временному объекту, также сильно поддавшему, кто-то заказывал музыкантам песенку «для друга из солнечного Кокчетава». Подскочившая к товарищам официантка, обругав их за поздний визит, указала на свежезаблеванный столик, но Гарри, послав ее куда подальше, самовольно занял стол, стоявший совсем близко к эстраде.

За это самоуправство в водке приятелям было решительно отказано… Виталик заказал две бутылки шипучего и три салата с хлебом: на большее не было денег. Официантка поморщилась, но, пригрозив им ментурианами, пошла исполнять заказ. Создатель же, оглядевшись, остался крайне недоволен контингентом ресторации. Мрачные физиономии соскучившихся по веселью горожан, бандитские рожи мелких хулиганов да грустные лица перезревших девиц, потративших последние деньги на посещение "Янтаря" и хотевших немного любви. Он встал и, пошатываясь, направился в уборную. В зале гремел шлягер Новикова «Вези меня, извозчик, по гулкой мостовой, а, если я усну…», затем он плавно сменился призывами Саши Розенбаума «стреляться среди березок средней полосы».

Гарри, быстро облегчившись, в курилке разговорился с каким-то мутным типом в старой олимпийке, который неожиданно передал ему привет от "товарища Голикова" и пожелание встретиться в самое ближайшее время. Гарри долго думал, кто этот тип такой, но ничего не спросил. Тип что-то еще говорил про Летчика, что Гарри напрасно с ним так открыто появляется в людных местах… Гарри вдруг обиделся и послал типа подальше. С весьма тяжелой головой он возвратился к столу… Меж тем изменения там произошли значительные… Официантка уже принесла заказ и сразу же потребовала его оплатить; Летчик, поминутно срываясь локтем со стола, не споря, с ней рассчитался. Собратьями были подняты бокалы, было выпито за победу новой русской революции! Затем Гарри, под кисло исполняемый шлягер «Ах, какая женщина…», снова удалился в туалет, ибо ему было нехорошо.