Читаем Совы не моргают полностью

Она прошла в глубь офиса, открыла ящик с индексами, перелистала несколько карточек, вытащила одну и вернулась к своему столу.

– Какие инициалы у мистера Хейла?

– Эмори Г. Хейл. Он мог выступать в качестве поверенного.

Она снова взглянула на карточку и сказала:

– Эмори Г. Хейл у нас не числится. Нет сведений и о том, что с ним велись какие-то дела.

– Может быть, вы его вспомните. Он, возможно, представлял кого-нибудь еще, поэтому вы не знаете его имени. Это высокий мужчина, ростом около шести футов. Ему примерно пятьдесят семь – пятьдесят восемь лет, у него широкие плечи и очень длинные руки. Улыбаясь, он имеет странную привычку стискивать зубы, растягивая при этом губы.

Она подумала с минуту, покачала головой и сказала:

– Извините, не могу вам помочь. Мы вели очень много дел, мистер Роксберри сам распоряжался финансовыми вопросами как в личном плане, так и в деловом.

– Да, я знаю. И вы не помните мистера Хейла?

– Нет.

– Он мог выступать и под другим именем.

– Нет. Я совершенно уверена.

Я направился было к двери, но внезапно обернулся и спросил:

– А занимались ли вы какими-нибудь сделками с Марко Катлером?

Она покачала головой.

– Или, – спросил я, будто случайно вспомнив, – с Эдной Катлер?

– С Эдной П. Катлер?

– Да, кажется, так.

– О да! У нас было очень много дел с Эдной П. Катлер.

– И эти дела продолжаются?

– Нет. Все они свернуты. У мистера Роксберри было очень много дел с Эдной Катлер.

– С мисс или с миссис?

– Не знаю. Помню только записи в книгах имени Эдна П. Катлер.

– А как вы обращались к ней, когда она приходила, миссис или мисс?

– Я не думаю, что когда-либо видела ее.

– А ее счет? Она им пользуется сейчас?

– О нет! Это было нечто вроде совместного владения с мистером Роксберри. Одну минутку. Фрэнсис, – позвала она девушку, которая печатала что-то с диктофона, – счета Эдны Катлер ведь закрыты?

Девушка перестала печатать ровно на столько времени, сколько ей потребовалось, чтобы кивнуть, и снова вернулась к работе.

Женщина за столом устало мне улыбнулась, как бы отпуская меня.

Я вышел и остановился в коридоре, раздумывая.

«…И при этом никогда не бывала в офисе. Говард Чандлер Крейг, бухгалтер… Ухаживал за Робертой Фенн… Таинственный насильник – и бухгалтер из „Роксберри эстейтс“, в руках которого были все финансовые дела Сайласа Т. Роксберри, убит…»

Позвонив в офис, узнал, что Берта Кул еще не появлялась, сказал Элси Бранд, что буду около полудня, и попросил передать Берте, если она придет, чтобы подождала меня. И отправился в полицейское управление.

Сержант Пит Рондлер из отдела по расследованию убийств всегда получал от меня щелчки. У него было несколько столкновений с Бертой Кул, и он ненавидел все, что связано с ней. Когда я начал сотрудничать с Бертой, он предсказывал, что в течение трех месяцев превращусь в половую тряпку, о которую вытирают ноги. Тот факт, что я дослужился до компаньона Берты, но подчас должен был защищаться от Берты, доставлял ему большое личное удовлетворение.

– Привет, Шерлок! – сказал он, когда я открыл дверь. – Что-нибудь нужно?

– Возможно.

– Как идет сыск?

– Вполне хорошо.

– Как ладишь с Бертой?

– Превосходно.

– Еще не заметил, как она залезает тебе в карман?

– Еще нет.

– Ну, со временем она с тобой разберется. Выжжет на тебе тавро, наложит клеймо, некоторое время будет тебя дурачить, а затем отправит на бойню. После того как твою шкуру выделают и превратят в кожу, она станет искать другую жертву.

– Вот тут-то я ее и надую. Дело в том, что я не толстею.

Он ухмыльнулся:

– Что у тебя на уме?

– 1937 год. Нераскрытое убийство. Человек по имени Говард Чандлер Крейг.

У сержанта были густые брови. Когда он хмурился, они опускались ему на глаза, как черные грозовые облака, собирающиеся за горой. Это зрелище я сейчас и наблюдал.

– Ну ты и чудак! – сказал он.

– Не знал, что я чудак.

– А что тебе об этом деле известно?

– Ничего.

– Когда ты был в Новом Орлеане?

Я немного замешкался с ответом.

– Если начнешь мне врать, – сказал он, – доведу до банкротства ваше агентство. И до конца своей жизни не надейся на сотрудничество.

– Ладно, только что оттуда вернулся.

– Я так и думал.

– А в чем дело?

Он положил ладонь на стол, приподнял кисть и принялся барабанить пальцами по исцарапанной крышке.

– Полиция Нового Орлеана ведет расследование, – наконец сказал он.

– А что, это может быть связано с Новым Орлеаном?

– Ты о чем?

Я посмотрел ему прямо в глаза и сказал с простодушной искренностью:

– Девушка по имени Роберта Фенн была в машине с Крейгом, когда его убили. Она замешана еще в одном деле с убийством в Новом Орлеане. Полиция не знает точно, что произошло, – была ли она жертвой или сама спустила курок. А может быть, просто испугалась и испарилась.

– Два убийства за пять лет. Многовато для милой молодой девушки!

– Пожалуй!

– А что вы делаете в связи с этой историей?

– Просто ведем расследование.

– По чьему поручению?

– По поручению одного адвоката, который занимается имущественными делами.

– Чушь!

– Во всяком случае, он нам так сказал.

– Кто этот адвокат?

Я лишь ухмыльнулся.

– А в чем ваша задача? – спросил сержант.

– Мы ищем исчезнувшего человека.

– О!