Читаем Совесть палача полностью

То же и с тем младенцем, которого пришлось жечь напалмом прямо в коляске. Тот станет идейным террористом, который осознанно отправится на ближний восток, где вольётся в одну из самых радикальных террористических группировок и инициирует несколько удачных актов по всему миру. За его голову назначат астрономическую сумму, а потом спецслужбы будут годами вычислять и стягивать свою петлю на его шее, пока не прикончат, помпезно отпраздновав это событие, как имеющее глобальное значение в борьбе со злом, но те тысячи жертв уже не смогут присоединиться к общему веселью.

А тот малыш, что был убит с помощью электрошокера рядом с пьяненьким недоумком-папашей, при удачном исходе мог бы стать умнейшим аналитиком и логистом. К несчастью для обывателей, кривая его судьбы в какой-то момент вывернула бы его путь на криминальные рельсы. И там его талант расцвёл бы в полной мере. С его подачи появилась бы оригинальная и совершенная схема распространения нового синтетического наркотика с безвозвратным эффектом привыкания с первой дозы и загоняющего в могилу после года его употребления. Причём те «крокодилы», от которых сейчас заживо разлагаются наркоманы в больницах и подворотнях — это лишь бледная тень страданий и тлена. Новый наркотик для начала изменял сознание, так что жертва быстро теряла человеческий вид, становясь опасным хищником, любым способом желающим приобрести новый «чек». А «ломка» вынуждала к таким преступлениям, что вздрогнули бы все отделы криминальной полиции. Эту волну впоследствии назовут «Зомби апокалипсис». Потому что те, кто находился в терминальной стадии, реально разлагались заживо, не теряя при этом упорства и мобильности. Живое подтверждение смелых вымыслов досужих режиссёров.

Другой аналитик, тот, что погиб от бейсбольной биты в своём подъезде, никак с криминалом связываться не будет. Вся его деятельность будет совершенно легальной и законной. Только те путчи и перевороты в странах третьего мира не будут сулить ничего положительного для их обитателей. Последствиями его наработок станут бессовестное выкачивание недр и природных богатств на фоне обнищания, голода и вымирания их населения, Он откатит уровень жизни целых стран назад настолько, что весь цивилизованный мир будет застенчиво и стыдливо отводить и прятать глаза, делая вид, что такое невозможно в принципе. И никакой ответственности этот аналитик не понесёт.

То же и с тем пострелёнком, что погиб от перелома шейных позвонков в мёртвой для камер слежения зоне супермаркета. Правда, карьера его будет гораздо ярче и основательнее. Став депутатом Государственной думы, и являясь при этом скрытым педофилом, что будет в те времена чуть ли не модой, он на всех законных основаниях протолкнёт закон об уменьшении возраста согласия. И это впоследствии будет иметь очень печальные и непредсказуемые последствия для будущих поколений. Такие, что горизонт событий просто почернеет.

Чем дальше он повествовал о своих конченых мальчиках и проклятых девочках, тем интереснее становились истории. Они текли, расслаивались, становились разноплановыми. Лихо скручивались и накладывались, обрастая сперва непричастными вроде фактами, которые вскоре вплетались в общую канву, становясь её логичной и неотъемлемой частью. Причудливо тасовалась колода судьбы. Разрозненные, не стыкуемые, совершенно независимые детали разных головоломок вдруг складывались в очень стройный и единственно возможный рисунок, объясняющий разом всё. И мне невольно приходилось восхищаться оригинальностью его мышления и дедукции, способностью так опосредованно и издалека вычленить то единственное порочное звено, которое тянуло за собой цепь последствий. И найдя именно тот корешок зла и порока, он разом обрывал и выбрасывал из гипотетической реальности целое древо последствий. Огромное количество жизней приобретали новое продолжение, не обрываясь на всходах, а продолжая расти и расцветать. И это не могло не завораживать.

Например, девочка, которую Кузнецов прибил мешком со строительным мусором, в будущем вырастит и родит того, кто впоследствии будет виноват в том, что он сорвёт покушение на нового премьер-министра, самого по себе очень не однозначного. Так далеко, через два поколения скорпиону удалось заглянуть лишь однажды. Дело в том, что он, этот потомок убитой девочки, своими действиями сорвёт план тому, кто собирался независимо воплотить идею физического устранения второго лица. И этот таинственный убийца затаится и не станет воплощать в реальности свои мечты. А это может очень сильно поменять геополитический расклад в мире. Вовремя не пресечённые благие намерения вымостят дорогу миллионам прямиком не в райские изобильные кущи. Следовательно, премьер долен быть убит.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное