Читаем Совершенство полностью

— Не нужно, — резко отвечает мой брат, смерив охранника фирменным холодным взглядом. — Эта девушка — моя сестра. Будьте добры запомнить ее и пропускать безоговорочно в любое время, вам ясно?

С маловразумительными извинениями сотрудник охраны пятится назад, когда брат снова оборачивается ко мне. Усмехается:

— Я-то теперь здесь работаю. А судя по тому, что тебя это удивляет, ты пришла не ко мне, цыпленок, я прав?

— Прав, — киваю я, всё еще пытаясь отдышаться и, придав голосу беззаботность, интересуюсь: — Как твои дела?

— Сойдет.

Антон не расшифровывает, что значит «сойдет», не собираясь больше давать слабину и посвящать меня в собственные проблемы. А я не уверена, что хочу о них знать. Зато получить информацию о том, почему у него, как и у Нестерова, сбиты костяшки на пальцах правой руки, я не отказалась бы.

Пока обвожу брата внимательным взглядом, он тоже смотрит на меня, видимо, пытаясь понять, почему я все же не улетела, но вопросов не задает. Вместо этого снова усмехается:

— Ладно, раз уж ты не ко мне, не стану задерживать.

Вообще-то я думала, что Антон как раз станет мне препятствовать или выпытывать причины, по которым я мчалась к Нестерову на всех парах, убегая от охранника. Даже несколько более-менее правдоподобных отговорок в голове заготовила. И то, что он так спокойно позволяет мне пройти, настораживает и удивляет.

— Правда что ли?

— Правда, — улыбается брат. — Только настроение у директора — паршивее некуда. Хотя, кто знает, может ты это исправишь?

И, сунув под мышку какие-то документы, уходит, ничего больше не говоря.

Не могу понять причины столь разительной перемены в его поведении, но решаю подумать об этом потом. Есть у меня насущные дела поважнее. И всё-таки, хорошо, что я встретила Антона, а не ввалилась в кабинет к Нестерову запыхавшаяся и преследуемая охраной. А так — вхожу спокойно, словно и не гнался за мной никто только что и не я на полном серьезе обсуждала с шизой возможность поджога офиса «Архи-Строя».

Кажется, Марк слышал наш с братом короткий разговор в приемной, потому что в момент моего появления в кабинете, он внимательно смотрит на дверь. Склоняет голову к правому плечу, будто не веря в то, что я стою здесь, неуверенно переминаясь в дверном проёме.

«И куда делась вся твоя уверенность и желание говорить ему всякие важные вещи глаза в глаза?» — подначивает ангелочек, деловито помахивая своим фанатским флажком.

Не знаю я, куда она делась. Рассеялась, когда увидела, как Марк хмурится. Кажется, он и правда не в лучшем настроении. А тут я, не только не улетела, но и явилась к нему в кабинет после того, как он прямым текстом отправил меня с глаз долой и из сердца вон. И пока Нестеров не выгнал меня снова, произношу, собрав всю оставшуюся уверенность:

— Я хочу у тебя работать.

Подобная постановка вопроса, кажется, застает Нестерова врасплох. Марк смотрит на меня непонимающе, пока я шагаю в сторону стола, за которым он сидит.

— Боюсь даже представить, почему? — интересуется он, обретя дар речи от удивления, вызванного сначала моим неожиданным появлением, а потом еще более неожиданным заявлением.

Останавливаюсь напротив него, не подходя слишком близко. Мне удается удерживать его внимание своим не поддающимся логике поведением, поэтому продолжаю придерживаться избранной тактики:

— Я подумала над твоими словами.

— Какими именно?

— Разными. С тех пор, как ты появился в моей жизни, ты только и делаешь, что говоришь мне что-то такое, что заставляет развернуться и идти в противоположном направлении. Так вот. Во-первых, ты сказал, что я вполне могла состояться в строительстве.

— Разве я говорил об этом тебе? — Марк снова напоминает о том, что тот разговор я подслушала, но дрогнувшие уголки его губ, словно от сдерживаемой улыбки, придают мне сил продолжать:

— Не мне, но это не существенно. Я ведь действительно могла бы, Марк. А могла бы пойти в области пиара. Или ландшафтный дизайн, например. Не важно. Главное, я ещё могу выучиться и состояться, как профессионал.

Нестеров снова хмурится и задумчиво постукивает по столу карандашом, который держит в руках, но я уверенно продолжаю:

— Это ты дал мне понять, что у меня всё получится. Что я сильная. Что не мое прошлое определяет мою судьбу, а я сама. А будущее зависит только от меня.

— А я, значит, должен продолжать наблюдать со стороны, как ты пытаешься найти свое место?

Выдыхаю коротко. Как же сложно признаться ему в собственных чувствах, когда сам он о них не говорит. Отхожу к витражным окнам, чтобы не смотреть в его глаза, как собиралась. Произношу тихо:

— Свое место я уже нашла, и оно рядом с тобой. В этом я уверена точно.

Не видя его реакции на эти слова, замираю, пытаясь отвлечься на панораму пасмурного Владивостока, раскинувшегося внизу. Марк отвечает негромко:

— И что из сказанного мной заставило тебя прийти к такому странному выводу?

По крайней мере, он меня не прогнал — это уже хорошо. Произношу: