Читаем Солдат поневоле полностью

Сначала пристегнутые к койкам парни пытались общаться и натужно шутить. Дескать, ерунда, обойдется. Корабль в чужой системе, понятное дело, командиры относятся ко всему настороженно. Вот и перестраховывается капитан, проверяя заодно боевые навыки экипажа. А если и есть враг, то с «Ямато» ему не справиться, это ж не какой-нибудь хилый «Марафонец». Тем не менее время шло, а отбоя не было. Когда же Сашка начал веселый рассказ о том, как он «склеил» в последней увольнительной сразу двух «телочек», корабль рвануло так, что лишь туго затянутые ремни не дали парням слететь с коек. После этого стало как-то не до смеха. Разговоры затихли, каждый думал о своем. Илья читал про себя стихи, вспоминал Аню, считал мысленно прыгающих через футбольные ворота воображаемых слонов. Не помогало. Страх, как кислота, медленно плескался внутри, разъедая волю и разум.

И тогда Илья стал молиться. В церковь он никогда не ходил, однако был в детстве крещен и пару молитв помнил. Сейчас они оказались весьма уместными. Страх отпустил, стало легче. «Не бывает атеистов в окопах», — думал Илья, одновременно в сотый раз мысленно повторяя немудреные слова «отче наш». Так, в молитве, он и встретил отбой боевой тревоги. Облегчение, испытанное при сигнале отбоя, было огромным. Настолько большим, что даже объявление по интеркому о том, что «Ямато» был атакован инопланетным кораблем, получил повреждения и в свою очередь уничтожил противника, Илья выслушал почти равнодушно. Тем более что подробную информацию о ходе боя давать десантникам посчитали излишним.

К ремонту десантников не привлекали, однако и занятий в первые сутки после боя у парней не было.

Получился некий импровизированный выходной, так как постоянному экипажу было не до гостей и за пределы жилого отсека их не выпускали. Даже еду раздали в виде тюбиков с пюре, отменив обычный обед в столовой. Ремонтные работы потребовали от экипажа значительных сил. Но уже на вторые сутки занятия возобновились. Кроме того, дисплей в каюте стал показывать приближающуюся Элию-1 так же, как ранее транслировал изображение удаляющейся Земли. Элия была не похожа на нее. Земля выглядела зеленой, уютной, переменчивой из-за облаков и игры света на поверхности океанов и континентов. Элия — иссине-голубая сфера, сверкающая всеми оттенками синего цвета, холодная и строгая на вид — была подобна бриллианту из дорогой коллекции. Даже на седьмые сутки после сражения, когда «Ямато» вышел на орбиту и Элия заняла почти все пространство монитора и стала видна в деталях, ощущение чужеродности этой планеты не только не ушло, но даже усилилось. Элия казалась красивой. Но это была чужая, неземная красота.

Физическая нагрузка на бойцов в тренажерном зале резко увеличилась в ущерб остальным занятиям. Стало ясно, что вот оно — час «икс» для парней из первого взвода скоро наступит. Бойцы ходили нервные, возбужденные предчувствием надвигающихся событий. На всех была одна общая мысль — скорее бы. Будь что будет, лишь бы скорее, ожидание хуже всего. И утром третьих суток после выхода «Ямато» на орбиту ожидание закончилось.

После завтрака взвод оставили в столовой. Как и в памятный день перед стартом с Земли, вошел Пищалин на пару с каким-то корабельным офицером, они развернули проектор, подключили его к компьютеру. Бойцы сидели в полной тишине и ждали, лишь Липатов, сидевший рядом с Ваниным, с отстраненным видом отбивал какой-то мотивчик кончиками пальцев по столешнице.