Спустя несколько секунд компьютер сообщил и причину повреждений: кратковременное облучение невероятно мощным потоком электромагнитного излучения в рентгеновском диапазоне. То, что стремилось на перехват «Ямато», оказалось не банальными ракетами, как предполагал его экипаж. Это были мощнейшие одноразовые рентгеновские лазеры с накачкой ядерным взрывом. Очевидно, что их целью было максимальное сближение с кораблем на дистанцию уверенного поражения и последующее его уничтожение. Что спасло «Ямато», сказать трудно. Возможно, из-за обстрела этих устройств лазером с борта звездолета враг решил их активировать немедленно, пока «Ямато» их не разрушил. Может быть, ситуацию спас отчаянный маневр капитана корабля, который успел вывести «Ямато» из-под прямого попадания. Так или иначе, земной корабль уцелел.

А через два часа ситуация стала медленно и неуклонно складываться в пользу землян. Похоже, другого мощного вооружения у противника просто не было. Тем временем Садаки Сабуро развоевался всерьез. Уже целых пять ракет типа РДК стремились на перехват противника. Стартовала и РДМЗ-К. Кроме того, первые снаряды электромагнитной пушки уже закрывали сектора для маневра инопланетному кораблю. Противник, очевидно, занервничал. Из какого-то маломощного лазера он зачем-то обстрелял несколько болванок, потом, с нулевым результатом, попытался обстрелять из него «Ямато»… А еще через двадцать минут боевой компьютер земного корабля дал команду на подрыв первой РДК. Врага задело краем взрыва, вроде бы не причинив ему значительных повреждений. Однако к этому времени он уже был в дальних пределах досягаемости бортового лазера «Ямато», гораздо более мощного, чем аналогичный у противника. Сабуро этим не преминул воспользоваться, с удовольствием истинного самурая всаживая в ненавистное яйцо один импульс за другим.

Последним осознанным решением вражеского звездолета была попытка уйти из боя. Он начал резкий разворот и стал набирать скорость. Однако сделал это крайне неудачно, буквально напоровшись кормовой частью на один из снарядов электромагнитной пушки. Весящая несколько килограммов и летящая со скоростью в десятки километров в секунду титановая болванка буквально вспорола бок инопланетянина, видимо, сильно повредив ему двигатели. Утратив вследствие этого управление, враг больше не предпринимал никаких действий. Дальнейшие действия землян свелись к добиванию упавшего. Когда ядерный взрыв последней выпущенной с «Ямато» ракеты в очередной раз обжег бесформенные оплывшие обломки корабля-противника, Сабуро приказал дать отбой боевой тревоги. Все закончилось. Космическое пространство было чистым, а впереди лежала цель экспедиции — планета Элия-1.

— Ну что же, господа, — сняв скафандр и утирая заливавший глаза обильный пот, сказал Сабуро. — Поздравляю, мы, похоже, победили. — Да, кстати, а противник пытался выйти на связь в конце боя? Хоть что-нибудь вроде этого, какие-то сигналы были?

— Никак нет, господин адмирал.

— Да, господа офицеры, нам всем есть о чем крепко подумать.

Глава 11

Десант

Бой с инопланетным кораблем прошел для десантников из первого взвода почти без последствий. Жилые отсеки, в том числе для десанта, находились в центральной части корабля, поэтому разгерметизация находившихся ближе к обшивке поврежденных отсеков их не коснулась. Так что отделались сущими пустяками в виде бардака в каютах, где незакрепленные мелкие предметы при маневрах «Ямато» (особенно при попытке уклонения от поражения рентгеновским лазером) летали с сумасшедшей скоростью, да синяками на теле. Оказалось, что мельчайшие подкожные кровеносные капилляры в отвыкших за время перелета к гравитационным нагрузкам телах бойцов с легкостью рвутся при внезапных сильных перегрузках, оставляя обширные, но безболезненные синяки на коже.

Хуже всего было ожидание и неизвестность. Неуклюже распластанному и пристегнутому ремнями на нижней койке, одетому в САДК Илье было страшно. Это был классический страх неизвестности. Где-то шел бой, и каждая секунда могла стать последней, а Илья был отрезан от любой информации о происходившем не только в космосе, но даже в соседней каюте или отсеке (покидать каюту без команды во время боевой тревоги десантникам было категорически запрещено) и никак не мог повлиять на ситуацию. Наверное, что-то подобное чувствовали моряки в какой-нибудь подводной лодке последней мировой войны, когда вокруг их затаившегося в глубине корабля то ближе, то дальше взрывались глубинные бомбы.