Читаем Сократ полностью

…Ты же тем нам приятен, что ходишь босой,

озираясь направо, налево,

Ходишь чванно и важно, в лохмотьях,

дрожа, вскинув голову, нас обожая.

Старику, конечно, странно слышать это ниспровержение народных верований, он пытается их защитить.

нам не бог разве Зевс Олимпийский?

Сократ: Что за Зевс? Перестань городить пустяки!

Зевса нет!

Стрепсиад: Вот так так! Объясни мне.

Кто же дождь посылает нам?

Это сперва расскажи мне подробно и ясно…

Сократ: Да нимало не Зевс. Это — Вихрь.

Стрепсиад: Ну и ну!

Значит. Вихрь! И не знал я, деревня.

Что в отставке уж Зевс и на месте его нынче

Вихрь управляет вселенной.

Заметим сразу, что концепция мирового Вихря не имеет ровно никакого отношения к реальному Сократу, она — из арсенала ионийских натурфилософов более ранней эпохи^{12}. Аристофановский же Сократ резюмирует.

кроме тех, кого сами мы славим?

Безграничного Воздуха ширь, Облака

и Язык — вот священная тройца!

Стрепсиад поступает в учение к Сократу, но вскоре тот его прогоняет за неспособность. А в качестве платы за обучение забирает плащ. Старик возвращается домой, к сыну, и там начинает ему излагать сократовскую мудрость, как он ее понял:

Царит Какой-то Вихрь.

А Зевса он давно прогнал.

В конце концов ему удастся все-таки уговорить Фидиппида, чтобы тот сам пошел поучиться в «мыслильню». Юноша проходит полный курс, и результат оказывается двояким. С одной стороны, теперь он, в совершенстве владея искусством демагогической речи, быстро отваживает от дома соседей-кредиторов. С другой же стороны, он начинает «угощать» отца тумаками. А когда старик возмущается, сын приводит логические аргументы в пользу того, что детям можно бить своих родителей.

И доказать могу, что сын отца дубасить вправе.

Отчаявшийся крестьянин берет факел, идет и поджигает «мыслильню» Сократа, восклицая при этом:

Следы Селены вы зачем пытаете?

Коли, руби, преследуй! Много есть причин,

А главное — они богов бесчестили!

Этим и кончается комедия. Нетрудно заметить, что тот образ Сократа, который в ней выведен, содержит целый ряд резких, грубых противоречий с действительностью. Сократ не занимался натурфилософией — объяснением законов природного мира (может быть, в молодости он и отдал дань этой дисциплине — вопрос является спорным и будет рассмотрен в одной из следующих глав, но, во всяком случае, ко времени постановки «Облаков» он давно уже сконцентрировался на изучении человека и общества). Не преподавал он и риторику, искусство красноречия. Ничто в идеях реального Сократа не позволяет заподозрить в нем атеиста, отрицающего существование богов. Далее, «босоногий мудрец» вел свои занятия не в какой-то специально оборудованной «мыслильне», а на улицах и площадях родного города, в палестрах, лавках, цирюльнях… Да и плату с учеников никогда не брал.