Читаем Союз рыжих полностью

"As a rule," said Holmes, "the more bizarre a thing is the less mysterious it proves to be.- Довольно, мистер Уилсон.
It is your commonplace, featureless crimes which are really puzzling, just as a commonplace face is the most difficult to identify.Через день или два я буду иметь удовольствие сообщить вам, что я думаю об этом происшествии.
But I must be prompt over this matter."Сегодня суббота... Надеюсь, в понедельник мы все уже будем знать.
"What are you going to do, then?"- Ну, Уотсон, - сказал Холмс, когда наш посетитель ушел, - что вы обо всем этом думаете?
I asked.- Ничего не думаю, - ответил я откровенно.
"To smoke," he answered.- Дело это представляется мне совершенно таинственным.
"It is quite a three pipe problem, and I beg that you won't speak to me for fifty minutes."- Общее правило таково, - сказал Холмс, - чем страннее случай, тем меньше в нем оказывается таинственного.
He curled himself up in his chair, with his thin knees drawn up to his hawk-like nose, and there he sat with his eyes closed and his black clay pipe thrusting out like the bill of some strange bird.Как раз заурядные, бесцветные преступления разгадать труднее всего, подобно тому как труднее всего разыскать в толпе человека с заурядными чертами лица.
I had come to the conclusion that he had dropped asleep, and indeed was nodding myself, when he suddenly sprang out of his chair with the gesture of a man who has made up his mind and put his pipe down upon the mantelpiece.Но с этим случаем нужно покончить как можно скорее.
"Sarasate plays at the St. James's Hall this afternoon," he remarked.- Что вы собираетесь делать? - спросил я.
"What do you think, Watson?- Курить, - ответил он.
Could your patients spare you for a few hours?"- Эта задача как раз на три трубки, и я прошу вас минут десять не разговаривать со мной.
"I have nothing to do to-day.Он скрючился в кресле, подняв худые колени к ястребиному носу, и долго сидел в такой позе, закрыв глаза и выставив вперед черную глиняную трубку, похожую на клюв какой-то странной птицы.
My practice is never very absorbing."Я пришел к заключению, что он заснул, и сам уже начал дремать, как вдруг он вскочил с видом человека, принявшего твердое решение, и положил свою трубку на камин.
"Then put on your hat and come.- Сарасате *4 играет сегодня в Сент-Джемс-холле,- сказал он.
I am going through the City first, and we can have some lunch on the way.- Что вы думаете об этом, Уотсон?
I observe that there is a good deal of German music on the programme, which is rather more to my taste than Italian or French.Могут ваши пациенты обойтись без вас в течение нескольких часов?
It is introspective, and I want to introspect.- Сегодня я свободен.
Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы о Шерлоке Холмсе — 1. Приключения Шерлока Холмса

Приключение «Скандал в Богемии»
Приключение «Скандал в Богемии»

«Для Шерлока Холмса она всегда Та женщина. Я редко слышал, чтобы он упоминал ее как-то иначе. В его глазах она затмевает и повергает в прах весь свой пол. Нет, не то чтобы он испытывал к Ирен Адлер чувство, сходное с любовью. Все эмоции, а эта особенно, были неприемлемы для его холодного, точного и превосходно уравновешенного интеллекта. Он, как я понимаю, был идеальнейшей логично рассуждающей и наблюдающей машиной, какую только видел мир, но в роли влюбленного он поставил бы себя в фальшивое положение. В разговорах он никогда не касался нежных чувств, разве что с презрительной усмешкой и колкостями. Однако наблюдателю они служили отличным подспорьем, чтобы срывать покров с людских побуждений и поступков…»

Артур Конан Дойль

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия

Похожие книги

Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте
Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте

В своей работе Владимир Кантор, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, избирает темой своего исследования сопряжение литературы с философией. На взгляд автора, не было ни одного великого литературного произведения, которое ни находилось бы в напряженном поле философских идей. Вне этого контекста настоящая литература непонятна. Уже диалоги Платона были одновременно и философией, и замечательной литературой. По словам Достоевского, «мысль надо чувствовать». Но для этого в произведении должна быть мысль, должен быть философский контекст. Так шекспировский «Гамлет» непонятен без обращения к текстам Эразма Роттердамского, Пико дела Мирандола, Мартина Лютера, отзвуки идей которых звучат в речах принца. Как говорил Хайдеггер, в поэтических изречениях древнегреческих философов рождается западный мир, его культура, ибо философия и поэзия стоят на разных вершинах, но говорят одно и то же… Задача исследователя – суметь это увидеть, и сообщить увиденное читателю, что можно сделать единственным способом – дать анализ философских смыслов в великих произведениях мировой литературы. В книге рассмотрены тексты Шекспира, Гофмана, Бальзака, Достоевского, Кафки, Вл. Соловьёва, В. Брюсова, Е. Замятина, А. Кёстлера, И. Эренбурга, В. Кормера и других мастеров литературы в философском контексте их времени.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Владимир Карлович Кантор

Языкознание, иностранные языки