Читаем Союз рыжих полностью

ADVENTURE II. THE RED-HEADED LEAGUEАртур Конан-Дойл
I had called upon my friend, Mr. Sherlock Holmes, one day in the autumn of last year and found him in deep conversation with a very stout, florid-faced, elderly gentleman with fiery red hair.Союз рыжих
With an apology for my intrusion, I was about to withdraw when Holmes pulled me abruptly into the room and closed the door behind me.Это было осенью прошлого года.
"You could not possibly have come at a better time, my dear Watson," he said cordially.У Шерлока Холмса сидел какой-то пожилой джентльмен, очень полный, огненно-рыжий.
"I was afraid that you were engaged."Я хотел было войти, но увидел, что оба они увлечены разговором, и поспешил удалиться.
"So I am.Однако Холмс втащил меня в комнату и закрыл за мной дверь.
Very much so."- Вы пришли как нельзя более кстати, мой дорогой Уотсон, - приветливо проговорил он.
"Then I can wait in the next room."- Я боялся вам помешать.
"Not at all.Мне показалось, что вы заняты.
This gentleman, Mr. Wilson, has been my partner and helper in many of my most successful cases, and I have no doubt that he will be of the utmost use to me in yours also."- Да, я занят.
The stout gentleman half rose from his chair and gave a bob of greeting, with a quick little questioning glance from his small fat-encircled eyes.И даже очень.
"Try the settee," said Holmes, relapsing into his armchair and putting his fingertips together, as was his custom when in judicial moods.- Не лучше ли мне подождать в другой комнате?
"I know, my dear Watson, that you share my love of all that is bizarre and outside the conventions and humdrum routine of everyday life.- Нет, нет... Мистер Уилсон, - сказал он, обращаясь к толстяку, - этот джентльмен не раз оказывал мне дружескую помощь во многих моих наиболее удачных исследованиях.
You have shown your relish for it by the enthusiasm which has prompted you to chronicle, and, if you will excuse my saying so, somewhat to embellish so many of my own little adventures."Не сомневаюсь, что и в вашем деле он будет мне очень полезен.
"Your cases have indeed been of the greatest interest to me," I observed.Толстяк привстал со стула и кивнул мне головой; его маленькие, заплывшие жиром глазки пытливо оглядели меня.
"You will remember that I remarked the other day, just before we went into the very simple problem presented by Miss Mary Sutherland, that for strange effects and extraordinary combinations we must go to life itself, which is always far more daring than any effort of the imagination."- Садитесь сюда, на диван, - сказал Холмс.
Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы о Шерлоке Холмсе — 1. Приключения Шерлока Холмса

Приключение «Скандал в Богемии»
Приключение «Скандал в Богемии»

«Для Шерлока Холмса она всегда Та женщина. Я редко слышал, чтобы он упоминал ее как-то иначе. В его глазах она затмевает и повергает в прах весь свой пол. Нет, не то чтобы он испытывал к Ирен Адлер чувство, сходное с любовью. Все эмоции, а эта особенно, были неприемлемы для его холодного, точного и превосходно уравновешенного интеллекта. Он, как я понимаю, был идеальнейшей логично рассуждающей и наблюдающей машиной, какую только видел мир, но в роли влюбленного он поставил бы себя в фальшивое положение. В разговорах он никогда не касался нежных чувств, разве что с презрительной усмешкой и колкостями. Однако наблюдателю они служили отличным подспорьем, чтобы срывать покров с людских побуждений и поступков…»

Артур Конан Дойль

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия

Похожие книги

Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте
Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте

В своей работе Владимир Кантор, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, избирает темой своего исследования сопряжение литературы с философией. На взгляд автора, не было ни одного великого литературного произведения, которое ни находилось бы в напряженном поле философских идей. Вне этого контекста настоящая литература непонятна. Уже диалоги Платона были одновременно и философией, и замечательной литературой. По словам Достоевского, «мысль надо чувствовать». Но для этого в произведении должна быть мысль, должен быть философский контекст. Так шекспировский «Гамлет» непонятен без обращения к текстам Эразма Роттердамского, Пико дела Мирандола, Мартина Лютера, отзвуки идей которых звучат в речах принца. Как говорил Хайдеггер, в поэтических изречениях древнегреческих философов рождается западный мир, его культура, ибо философия и поэзия стоят на разных вершинах, но говорят одно и то же… Задача исследователя – суметь это увидеть, и сообщить увиденное читателю, что можно сделать единственным способом – дать анализ философских смыслов в великих произведениях мировой литературы. В книге рассмотрены тексты Шекспира, Гофмана, Бальзака, Достоевского, Кафки, Вл. Соловьёва, В. Брюсова, Е. Замятина, А. Кёстлера, И. Эренбурга, В. Кормера и других мастеров литературы в философском контексте их времени.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Владимир Карлович Кантор

Языкознание, иностранные языки