Читаем Софья Перовская полностью

…В октябре 1879 года на работу в Зимний дворец поступил крестьянин Олонецкой губернии Батышков. Красивый и крепкий парень был известен как искусный столяр и слесарь. Работал он усердно и аккуратно. Нравился начальству и дворцовой страже добродушием и скромностью, почтительным и вежливым, обхождением с людьми.

Это был крупнейший рабочий революционер Степан Николаевич Халтурин. Он родился в зажиточной крестьянской семье и получил некоторое образование. Халтурин рано начал свой трудовой путь на заводах Петербурга. Здесь же началась его революционная биография. Выдающиеся способности организатора, глубокий и ясный ум, широкий кругозор вскоре сделали его признанным вожаком петербургского пролетариата.

По своим склонностям и убеждениям Халтурин был пропагандистом и противником индивидуального террора. Он создал ряд рабочих кружков в различных частях Петербурга и мечтал о создании рабочей партии, организовал тайную рабочую библиотеку, в которой сам был библиотекарем, наконец, в 1878 году совместно с В. П. Обнорским основал «Северный союз русских рабочих». В 1879 году Халтурин немало колебался, прежде чем решиться на цареубийство. Однако неверная мысль народовольцев-террористов о том, что смерть Александра II принесет политическую свободу России, взяла верх.

Неоднократные покушения на жизнь царя взволновали всех обитателей Зимнего дворца. Усилили охрану, особенно тщательно контролировали рабочих и прислугу: всех возвращавшихся из города обыскивали, старательно осматривали все помещения, устраивали в них неожиданные обыски.

Волнение усилилось, когда у арестованного члена Исполнительного комитета «Народной воли» Квятковского был обнаружен план Зимнего дворца, на котором царская столовая была помечена крестом. Именно под этой столовой в подвале жил Степан Халтурин. Однако он был вне подозрений.

Постоянные разговоры о социалистах происходили между полицейскими и прислугой:

«Вот хотелось бы взглянуть на кого-нибудь из них, хоть бы встретить на улице что ли!

— Да ведь как же ты его узнаешь, — возражал Халтурин, — разве на нем написано?

— Не узнаешь? Эх, ты, деревня. Его сейчас видно. Он, брат, идет, так сторонись. Того гляди пырнет. Ничего не боится, глядит высоко, вид у него отчаянный. Его, брат, сразу признаешь…»

В условиях строжайшей слежки Степан сумел перенести во дворец около трех пудов динамита. Он носил его небольшими частями, в кульках, под видом сахара, и прятал у себя под подушкой или в подушке. От динамита исходили ядовитые испарения и у чахоточного Степана сильно болела голова. Когда динамита скопилось много, революционер стал складывать его в сундуке, прикрывая разными вещами. Этот сундук и сыграл роль мины.

5 февраля 1880 года раздался страшный взрыв во дворце. Взрыв разрушил помещение главного караула под столовой и смежные помещения. Пострадал частично и пол в царской столовой, где в этот день предполагался торжественный обед, однако сам царь уцелел.

Еще раз революционеров-террористов постигла неудача!

Общее возбуждение в стране, усиливавшееся смелыми актами народовольцев, не на шутку пугало правительство. Царским указом 12 февраля 1880 года, непосредственно после взрыва в Зимнем дворце, была учреждена «Верховная распорядительная комиссия по охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Правительство колебалось между усилением репрессий и уступками либеральной, «благомыслящей» части общества. Осторожно поговаривали о конституции. Для такой политики «волчьей пасти» и «лисьего хвоста» как нельзя более подходил граф М. Т. Лорис-Меликов. Он был назначен начальником комиссии.

Итак, под давлением общественного возбуждения правительство колебалось. Налицо была революционная ситуация. Дальнейший ход событий в значительной мере зависел от натиска революционной партии. Борьба продолжалась.

Народовольцы начали готовить новое покушение на Александра II в Одессе — были получены сведения о том, что царь будет здесь проездом в Крым.

Весной 1880 года в Одессу, по поручению Исполнительного комитета, приехали Перовская и Саблин. Вместе с В. Фигнер, Исаевым (вторым после Кибальчича «техником» партии) и Якимовой был выработан план действий. На Итальянской улице Перовская и Саблин под фамилией Прохоровских сняли бакалейную лавку. Отсюда народовольцы срочно вели подкоп под улицу, по которой ожидался проезд царя. Работать можно было только по ночам: днем в лавке торговали. Спешили, так как царь должен был проехать со дня на день. Вынутую землю — тяжелую сырую глину — выносили из лавки в корзинах, пакетах, узлах и свертках. И без того трудное положение террористов усложнилось, когда Исаеву, готовившему мины, взрывом оторвало три пальца и он должен был лечь в больницу.