Читаем Содержательное единство 2007-2011 полностью

Еще два-три витка такой раскрутки – и штаб политической войны получит в свое распоряжение образ мученицы Шариповой и глумящихся над нею недобросовестных представителей федерального центра. Надо ли объяснять, какие задачи ставит перед собой штаб политической войны? Ясно, что не такие, какие ставят перед собой заурядные террористы.

Впрочем, тема политической войны как бы сама собой вторглась в мое поэтапное разбирательство. На этом этапе она является хотя и обязательной, но побочной темой. Основная же тема – несостыковки. Одна несостыковка подпитывает другую. Мы видим, как запутываются в единый шизофренический клубок разные сюжеты – пояса, маршруты и так далее.

Ком несостыковок нарастает и внутри сюжета о Марьям Шариповой.

8 апреля газета "Коммерсант" описывает семью Расула Магомедова как приверженцев ваххабизма и пособников боевиков. О самой Марьям Шариповой сообщается, что ее первым мужем, убитым в ходе спецоперации в августе 2009 года, был иорданец, террорист по кличке Доктор Мухаммад. Авторы статьи ссылаются на данные ФСБ, согласно которым, прибыв на Северный Кавказ еще в середине 90-х вместе с Хаттабом, Доктор Мухаммад представлял в последнее время интересы "Аль-Каиды" в регионе. А упоминавшийся ранее в качестве мужа Шариповой Магомедали Вагабов – это друг Доктора Мухаммада, к которому после смерти иорданца "перешла" Марьям.

Описанная ранее благопристойность, прячущая в своих недрах террористическую затаенность, превращается в откровенную непристойность. Разъяснения на тему о том, что сие представляет собой не непристойность, а благородную исламскую практику, еще больше усугубляет ситуацию. Информационная каша у нас на глазах превращается в нечто, наподобие варева, изготовляемого макбетовскими ведьмами. Сегодня Марьям Шарипова – всего лишь жена одного полевого командира, завтра она жена группы полевых командиров, послезавтра она тайная жена Бен Ладена. Можно ли все это называть ведьмовским варевом? Или это представляет собой конкуренцию лжекомпетентностей, погоню за сенсациями? Увы, одно не противоречит другому!

Конечно, авторы статей гонятся за сенсациями и хотят соорудить что-то "ядреное". Но зная, как внимательно читают это "ядреное" на Северном Кавказе, зная, как там воспринимают все, что написано про своих соплеменников, настаиваю на том, что в итоге образуется блюдо наподобие тех, которые сооружают ведьмы в "Макбете".

Но для раскачки мало нагнетания "ужастиков" ("жена одного полевого командира", "жена двух полевых командиров", "жена Бен Ладена", "всеобщая полевая жена", "жена Князя мира сего и всей его Преисподней").

Нужно еще и чтобы другая сторона демонтировала эти "ужастики". Это и происходит.

9 апреля в "Новой газеты" выходит очередная статья Ирины Гордиенко о семье Шариповых-Магомедовых. Блестяще написанная статья! Ни одного неверного слова, прекрасный стиль, тончайшее чувство меры, соблюдение жанра, презрительное отторжение истерик. Мне бы хотелось, чтобы читатель убедился в этом сам. И потому я привожу эту статью Ирины Гордиенко – дословно:

"Во вторник Национальный антитеррористический комитет (НАК) официально подтвердил, что второй смертницей, взорвавшей себя на станции метро "Лубянка" 29 марта, была 27-летняя Марьям Шарипова, уроженка селения Балахани Унцукульского района Дагестана. Выводы были сделаны на основе сверки генетического материала, взятого следователями у родителей двумя днями ранее.

Марьям Шарипова родилась в 1982 году в семье учителей. Ее отец, Расул Магомедов, 35 лет преподает русский язык и литературу в местной школе, мать – биологию. Сама Шарипова последние четыре года работала там же завучем, она окончила педагогический университет с красным дипломом. Имела два высших образования, диплом математика и психолога.

Балахани – высокогорное селение на севере Дагестана. Туда не ходят рейсовые автобусы и маршрутные такси. Добраться можно только на попутках. Три часа езды по трассе, еще час по грунтовой дороге, высеченной прямо в скалах и никогда не знавшей асфальта.

Само селение – дворов пятьсот, которые террасами спускаются в ущелье к речке Балаханке, мечеть, больница, школа. Балахани зажато между голыми скалами, местами поросшими соснами, и опоясано фруктовыми садами, в это время года окутывающими селение белым кружевом абрикосового первоцвета.

Обычный аварский дом в два этажа, невысокие потолки, просторные комнаты, маленький дворик. Здесь глубокий траур. На втором этаже в просторной комнате сидят мужчины, отец Марьям Шариповой, его брат, соседи, друзья.