Читаем Сочинения полностью

О, как мне всматриваться сладкоВ лицо склоненное твое!Ты — не любовь. Ты — лишь догадкаЧто есть иное бытие.Оно горит в душе безвестной,Пространство надвое деля.Так у свечи глазок небесныйЛучится возле фитиля.Качая длинными тенями,Мы дышим друг на друга сном.И вьётся бабочка меж нами,и гибнет в пламени двойном.

* Под ветвями плакучей берёзы *

Под ветвями плакучей берёзыВ перегретом душистом садуЯ страничку классической прозыЗагибаю и книгу кладу.Что-то мягко на сердце ложится,Что-то светит прикрытым глазам.Невозможно стихам не сложитьсяИ нельзя не пролиться слезам.Сколько сладости, сколько печалиВ тёплом воздухе, в пении птиц…Вот и рифмы сквозь сон прозвучали,Вот и влага сбежала с ресниц.

* Пора в постель, а всё ещё светло *

Пора в постель, а всё ещё светлоВ саду прозрачном, тихом, запустелом,И размывает сонное теплоГраницу между воздухом и телом.Как хорошо, что я теперь однаИ слышу первых листьев лёгкий шёпот.Как хорошо, что, выболев до дна,Душа с годами превратится в опыт.

* Пруды да известь монастырских башен *

Пруды да известь монастырских башен —Любимые, заветные места.Лишь голос ветра так сегодня страшен,Как будто вся земля давно пуста.Уйти бы прочь с котомкою, с клюкою…Но, проводив душевную зарю,Я на себя в беспомощном покоеУже с другого берега смотрю.О жизнь, ответь мне, что же ты такое?

* Средь снежного январского Тбилиси *

Средь снежного январского ТбилисиЦелую я твой золотистый локон.И женщины, как шёлковые лисы,Внимательно глядят из чёрных окон.И это снова море и Овидий,Не знаю только — "Скорби" или "Фасты".На скучную профессию в обиде,Согбенный почтальон скользит по настуИ раздаёт ненужные газеты,Немного мокрым снегом их попортив.И в мире бесконечно много света,Хоть мы с тобой, наверное, и против.

* Велело мужество: держись. *

Велело мужество: держись.И, жар гася в крови тревожной,Я вновь ощупываю жизньДушой, навеки осторожной.Очнись же, мир! Иду к тебе.А ты, безжалостный, как прежде,Бей по протянутой судьбе,Бей по трепещущей надежде.Молитву тихую твердя,Покорно по земле ступая,Чего касалась как дитя,Коснусь я ныне как слепая.

* В тазу — клубника. В крынке — молоко. *

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия