— Удача ещё вернётся к тебе. Ты слишком хороший художник, чтобы долго сидеть без заказов. А покуда продавай эти свои бестолковые машины.

   — Сторонникам Пацци?

Андреа пожал плечами.

   — Быть может, я сумею заинтересовать твоими талантами венецианцев.

   — Быть может, — согласился Леонардо.

Наступило горькое молчание.

   — Леонардо, а как же я? — спросил Никколо, торопясь развеять неловкость мгновения.

   — Андреа?.. — спросил Леонардо.

   — Это решать только маэстро Тосканелли, — проговорил Верроккьо.

Никколо кивнул и уставился в пол, словно хотел взглядом выжечь в нём дырку.

Глава 15

ВОЛШЕБНОЕ ЗЕРКАЛО

вселенной, поистине мудр; он может получать

пользу от высших созданий посредством звуков

(phonas), вибраций (hylas) и форм (schemata),

уловляя дух того, кто вдали.

что исходит из гробницы Пророка?»

Леонардо переехал в тесный неприглядный домишко, который подыскал ему Зороастро. Дряхлые красные кирпичи были мягкими и крошились; скорее всего, они остались от разрушенной башни, срытой для «большей общественной безопасности», когда в 1250 году народ взял под контроль Синьорию. Старые укреплённые личные башни были некогда средоточием непримиримой вражды между партиями гвельфов и гибеллинов[106].

Плата оказалась на удивление низкой, да иной она и быть не могла при таком состоянии дома. Зато комнаты с высокими потолками, словно в утешение, хорошо держали свет, а из окон хоть немного, но был виден Арно. Такова была bottega да Винчи, новая мастерская, где Леонардо собирался создавать предмет своей гордости — механические чудеса.

По случайному совпадению дом стоял близ Понте Веккио.

Бывший хозяин Леонардо будет его соседом.

Никколо вместе с Зороастро каждый день навещал маэстро Паоло дель Поццо Тосканелли. Зороастро обожал влиятельных знакомых, a bottega Тосканелли была салоном для художников, путешественников, известных учёных и нового поколения интеллектуалов, что восставало против приверженцев старой науки.

   — Тебя приглашают, — сообщил Зороастро, без стука входя в личную мастерскую Леонардо. За ним, не переступая порога, стоял Никколо. Леонардо сидел перед холстом и писал, точно во сне. Захваченный врасплох, он вздрогнул, и его кисть скользнула, смазывая черты сурового измождённого лица святого Иеронима. В этом полотне отразились вся горечь Леонардо и его желание уйти от мира. Он писал святого со старика, которого вскрывал в больнице: впалая грудь, жилистые плечи, тонкая шея, впалые щёки. У ног страдающего святого лежал рычащий лев. Мука и жертвенность.

То был автопортрет... вопль его скорби.

   — Значит, ты всё же решил снова взяться за кисть. — Зороастро скользнул по картине пренебрежительным взглядом. — Но после твоих прелестных Мадонн я никак не ожидал такого. Это заказ?

Зороастро был щегольски разряжен в пёстрые шелка.

Леонардо вспыхнул, будто с него сорвали маску.

   — Почему ты врываешься ко мне, даже не постучав? — холодно спросил он. — И кто это меня приглашает?

   — Это не совсем приглашение, Леонардо, — сказал Никколо. — Но маэстро pagholo Medicho справлялся о тебе. — Только любимцам Тосканелли было позволено называть его личным прозвищем. — В конце концов, ты все эти недели пренебрегал им.

   — Пренебрегать маэстро невозможно, — сказал Леонардо. — Он всё время в обществе.

   — Тем не менее он жаждет твоего, — сказал Зороастро.

   — Я не готов ко встрече с обществом. Будь я там, мне не потребовались бы твои услуги, чтобы продавать мои изобретения. И ты не наживался бы на мне и не носил бы этих богатых и безвкусных одеяний.

Зороастро как будто вовсе не был задет. Он поклонился и сказал:

   — Но если бы ты не был к моим услугам, о чём ты говоришь так презрительно, у тебя не было бы ни этого прекрасного дома, в коем ты работаешь, ни собственных учеников, ни денег, ни поварихи.

Леонардо улыбнулся и покачал головой.

   — Вот видишь? — спросил Зороастро. — Я прав. Так что снимай свой халат и одевайся, потому что у маэстро Тосканелли гость, который хочет тебя видеть. — Было очевидно, что он упивается предвкушением.

   — Никко, передай ему мои извинения.

   — Он велел сказать тебе, что здесь тот, кто одалживал тебе книгу о тайнах цветка, — сообщил Никколо. — Тот, кого зовут Кукан в Венце...

   — А Куан Инь-ци, — сказал Леонардо. — Так он возвратился.

   — Мы теряем время, — заметил Зороастро. — А опаздывать к маэстро pagholo непочтительно.

   — Зороастро, ты тоже приглашён на вечеринку к маэстро? — спросил Леонардо.

   — Мы все приглашены, — запальчиво ответил Зороастро.

Леонардо хмыкнул.