В первоначальном коде живокриста Собора ошибки нет, Терренс это подтверждает, в коде имеются сильные, непреодолимые приказы терминальной дезактивации, в случае множества параметров оставлен приличный люфт, но барьеры роста даны наиболее сильные из возможных, конкретно же, по классической последовательности Повоста. Терренс все это мне выложил, так что сейчас я стал экспертом. На практике, только логический живокрист запускается без Повоста, всякий другой должен его иметь, в противном случае, один Бог знает, что могло бы произойти; дюжина зерен, засеянных для того, чтобы получить стул или стол, начали бы размножаться до беспамятства. 1 — 2 — 4 — 8 — 16 — 32 — 64 — 132 — 256 — 512, истинное раковая опухоль живокриста; прилетает курьер с Земли. вместо планеты видит вращающийся вокруг Леви по орбите Лизонне стул, истинный СТУЛ, каждая ножка длиной в десять тысяч километров, или, возможно, септилион сросшихся один с другим стульев нормального размера. Так что ИИ говорит четко: Повост срабатывает всегда, блокирует на все сто процентов.

Если факты не совпадают с теорией — тем хуже для программы. Терренс ужасно мучается, пытаясь объяснить это расхождение. Но на сей раз это я оказался более находчивым и первым догадался об очевидном. Я пошел к Собору, отбил молотком фрагмент псевдо-скульптуры, которая с прошлой недели вырождалась в левой апсиде, и принес на анализ ИИ.

Терренс его пережевал, просветил, перемолол, разложил, заморозил и сжег. После чего заявил:

— Структура этих нанородящих зерен не соответствует ни одной мне доступных структур живокриста. Я не могу прочитать их программу; их код даже в первом приближении не напоминает SJMN.

Тогда я спрашиваю, что это, собственно, означает. Хочет ли он этим сказать, что Собор не построен из живокриста?

— Нет, — не согласился тот, — это живокрист, но в том же смысле, в котором оригинальная фауна на Лизонне все еще является фауной, хотя там реплицируется не ДНК, и строительным материалом не является белок.

В связи с этим, я ответил на одно из полученных в свое время сообщений, а именно: от Стефана Угерцо, и без излишних вступлений выложил правду на стол (человек de-facto мертвый может, в конце концов, это себе позволить; что означают формы для Освобожденного? Вот, такой Раскольников savoir-vivre [14]).

Выслал, высказал ему. Вы воспользовались чудесным оздоровлением племянника, чтобы безопасно протестировать новый живокрист собственной фирмы. Здесь, на Измираидах, куда не распространяется чья-либо юрисдикция, и где не существует угроза бесконечной экспансии нанозародышей, вы могли спокойно, под прикрытием — в форме — сакрального здания запустить в рост пробную серию живокриста Ротшильда-Ляруса. Теперь весь этот эксперимент улетает в межзвездное пространство, так что вам мешает признаться? Сообщите истинный первичный код, а не ту фальшивку, которую вы вставили в спецификацию. Дайте программы для анализа, чтобы я мог высадить логический живокрист для экстраполяции какого-то сносного поля ошибки.

Вот такое сообщение я выслал.

А Угерцо ответил мне так:

— Понимаю, отец, при каком психическом стрессе вы живете. Вот только, святой отец, будьте добры, возьмите себя в руки и удержитесь от распространения подобного рода глупостей. Все это чушь, высосанная из вашего пальца. Сочувствую вам, отче, но не позволю себя подобным образом оплевывать.

— А что ты мне сделаешь, сукин сын?

***

Мы уже покидаем Мадлен.

Она дала Измираидам такого пинка, что уменьшается на небосклоне чуть ли не раза в два быстрее, чем росла до этого времени. Зато, как ужасно режет ее свет! Я затеняю шлем практически до полной непрозрачности.

Теперь приходится выходить на склон и к куполу, потому что сволочь Газда систематически уничтожает мои BuI. По-моему, это уже десятая камера. И ведь подходит так шустро, что его никогда не видно, пока не разобьет аппарат. А ведь их запас ограничен, мне же нужно вести постоянный мониторинг Собора, он меняется все быстрее и быстрее, функция Миртона подтверждается, кривая направляется вверх. Может, следовало бы перепрограммировать городские шлюзы, чтобы пропускали только меня. Например, таким вот образом: всякая попытка открытия без ввода пароля, если от предыдущей попытки прошло больше, чем, скажем, двадцать часов (ведь в Соборе нет запасов воды и пищи), будет блокирована. Это задержит его в кратере. Или еще лучше: выставить перед шлюзом одну камеру BuI.

Сейчас, когда гляжу на него, и Мадлен светит из-за спины… отсюда Собор наиболее красив. Даже угол и перспектива как-то подобны тем, что навязаны проекцией Терренса. Я чуть ли не ожидаю, что сейчас под моим взглядом Собор начнет превращаться в каменную куколку. Он растет, правда, сейчас он уже намного больше, чем тогда, когда я увидал его впервые. Увеличиваются и отступы в экзоскелете. Из башен выклевываются какие-то кривые, асимметричные галереи. Делаются более массивными отходящие от башен висячие мосты. В средине главного нефа… тут я не уверен, по-видимому, какие-то тени от Мадлен.