Читаем Собиратели Руси полностью

В Западной и Литовской Руси в XIV и XV веке продолжали вестись летописи на русском языке; они повествуют, собственно, о деяниях князей Литовских и преимущественно о роде Гедимина. Известия этих летописей находим в нескольких позднейших летописных сводах и у некоторых польских хронистов, например, у известного Длугоша, писавшего во второй половине XV века^{90}.

Относительно самого вещества, на котором писали в древней Руси, в XIV веке происходит важная перемена: вместо прежних харатейных или пергаменных, встречаем рукописи, писанные на бумаге хлопчатой и тряпичной. А в конце этого столетия в Северо-Восточной Руси, судя по летописям, вместо марта новый год начинается с сентября; но летосчисление по-прежнему ведется от сотворения мира. Что касается до самого письма, то в рукописях XIV и XV веков преобладает так называемый полуустав.

Многие рукописи данной эпохи, также, как предыдущей, обильно украшены миниатюрами, т. е. рисунками заглавных букв и заставок. В обозрении предыдущего периода мы заметили, что древние русские живописцы в этой отрасли искусства (в орнаменте) проявили немало самобытного художественного творчества, на основе византийских и югославянских образцов. Любопытно, что дальнейшие успехи миниатюрной живописи продолжались у нас и в эпоху татарского ига: прихотливое сочетание человеческих фигур и разных звериных чудовищ, грифонов и драконов, переплетенных ремнями и змеиными хвостами, изображенных яркими и вместе нежными красками — это ласкающее глаз узорочье достигает замечательной степени своеобразного развития именно в рукописях XIV века. Впрочем, подобные рукописи большею частию относятся к письменности новгородской, следовательно, к тому краю, который менее других испытывал на себе непосредственный гнет от варваров. В рукописных орнаментах XV века заметен уже явный упадок этого самобытно развившегося русского стиля (так назыв. «тератологического», т. е. звериного); следовательно, общий упадок просвещения и более свободного развития и тут оказал свое действие. В этих орнаментах вновь является близкое подражание рукописям византийским и болгаросербским, преимущественно исполненным в Афонских монастырях; что соответствует, указанному выше, усилившемуся с конца XIV века византийско-славянскому влиянию на нашу письменность вообще. На место затейливых звериных и человеческих фигур в рукописных орнаментах теперь преобладают вплетающиеся друг в друга кружки и решетчатые сплетения из ремней.