Каждое самостоятельное княжение било свою разменную монету, серебряную и медную. В значительном количестве дошедшие до нас деньги этого времени обыкновенно представляют маленькие, тонкие, неправильные кружки и овалы с грубо оттиснутыми надписями и весьма различными изображениями. Деньги московские, наиболее распространенные, имеем начиная с великого князя Ивана II Ивановича. На них оттиснуты изображения вооруженных людей пеших и конных, драконов, грифонов, животных, птиц и пр. На этих московских монетах находим надписи с обозначением имени великого князя, иногда с прибавлением «всея Руси», иногда еще слова «деньга московская» (или «пуло московское»). Кроме того, на многих серебряных деньгах встречаются еще изображение татарской тамги и арабская надпись с именем золотоордынского хана; такие надписи делались, вероятно, по требованию ханов в знак даннических отношений. Они попадаются особенно часто во время Тохтамыша на монетах Димитрия Ивановича и Василия Дмитриевича, но потом эти арабско-татарские надписи постепенно исчезают. Деньги и пулы князей Рязанских и Тверских, подобно Московским, также имеют различные изображения и надписи с именами князей.

Что касается до Новгорода Великого и Пскова, то от них за время самобытности дошло до нас немало серебряных слитков или рублей, но довольно незначительное количество денег и пул. Дело в том, что в эти города, благодаря постоянной внешней торговле, в большом количестве приливала монета иностранная, как серебряная, так и золотая, каковы шведские артиги, любские шилинги, немецкие серебряные марки, золотые корабленики (английские, с изображением корабля) и золотые уторские. При посещении Новгорода Иваном III в 1475 году владыка и бояре подносили ему в подарок по сотне и по нескольку сот золотых кораблеников; из чего видно, в каком количестве накоплялись они в сундуках новгородских богачей.

Различные изображения на русских деньгах и пулах, надобно полагать, суть не что иное как печати; в древней Руси не только князья имели каждый особое изображение на своей печати, но также бояре, лица духовные и лица незнатные. Эти печати в большом количестве дошли до нас, привешенные к грамотам и актам того времени, иногда металлические (серебряные и особенно свинцовые), но большею частию восковые. Князья, подобно епископам, иногда для печати употребляли изображение святого их имени, а иногда помянутые выше различные фигуры людей и животных. Между прочим, во время Василия Темного на московских монетах и печатях чаще стало появляться изображение всадника, поражающего копьем змия. Этот всадник с копьем почитается за Георгия Победоносца и вместе с тем за герб великого княжения Московского. Тогда как всадник с поднятым мечом по преимуществу усвоивается гербу великого княжения Литовского. Гербом Новгорода и Пскова, судя по монетам и печатям при грамотах, служило изображение бегущего в поле барса^{85}.

X

ЦЕРКОВЬ И КНИЖНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ

В ТУ ЖЕ ЭПОХУ

Русские иерархи. — Кормчая книга. — Ханские ярлыки. — Церковное землевладение. — Размножение монастырей. — Замечательнейшие из них. — Кирилл Белозерский. — Быт и характер монастырей. — Сказания о Щиловой и Колодкой обители. — Стефан Пермский. — Легенда о земном рае. — Ересь Стригольников и борьба с нею. — Сугубая аллилуия. — Суеверия и грубость нравов. — Упадок просвещения и малограмотность священников. — Выдающиеся церковные писатели. — Киприан и влияние югославянское. — Жития Святых. — Епифаний и Пахомий Серб. — Умильные повести и Поведание о Мамаевом побоище. — Новгородские легенды. — Записки русских путешественников. — Литература переводная. — Рукописные сборники. — Апокрифы. — Заговоры и гадания. — Летописи. — Их государственное значение. — Миньятюры. — Иконопись. — Андрей Рублев. — Храмовое зодчество. — Саккос митроп. Фотия.