Читаем Собиратели Руси полностью

Теперь уже не было более препятствий для утверждения в сане нареченного на митрополию епископа Рязанского Ионы. Великий князь отправил к Царьградскому патриарху грамоту с изложением Исидоровых ересей и с просьбою о разрешении собору русских епископов поставить нового митрополита. Но пришло известие (по-видимому, от афонских старцев), что сами император и патриарх приступили к унии с латинством. Поэтому московское посольство было возвращено с дороги. Нареченному митрополиту Ионе после бегства Исидора пришлось еще целые восемь лет ожидать своего поставления. А, между тем, все эти церковные замешательства и неимение настоящего архипастыря на Руси имели значительное влияние на политические события того времени. Отсутствие высшей церковной власти, обыкновенно действовавшей в примирительном духе, немало содействовало широкому развитию московского междоусобия и жестокостям, его сопровождавшим^{54}.

Около того времени случилось следующее событие, повлекшее за собою возобновление этого междоусобия.

Осенью 1438 года в Русских пределах появился с толпою Татарин хан Улу-Магомет, изгнанный из Золотой Орды своим соперником Кучук-Магометом. Улу-Магомет захватил город Белев, лежавший тогда на пограничье Литовских владений с Московскими и, по-видимому, надеялся воротить себе престол с помощью Василия, обязанного ему великим княжением. Но Василий Васильевич, желая избавить свои земли от грабежей Магометовых Татар или не желая ссориться с его счастливым соперником, обладателем Сарайского престола, послал на Улу-Магомета своих воевод, с которыми соединились и его двоюродные братья Юрьевичи, Димитрий Шемяка и Димитрий Красный. Они осадили Татар в Белеве. Напрасно хан просил мира, обещал стеречь Русскую землю от других Татар и никогда не требовать с нее дани. Русские воеводы не согласились ни на какие условия. Но вместе с ними под Белевым стоял мценский воевода Григорий Протасьевич, по-видимому, присланный великим князем Литовским на помощь Москвитянам. Этот Протасьевич изменил своим союзникам, передался на сторону хана, и помог ему нанести сильное поражение московским полкам. После того Улу-Магомет удалился на северо-восток и остановился около Нижнего Новгорода. Здесь вокруг него собралось много Татар, и хан стал делать нашествия на русские области; однажды он несколько дней держал в осаде самую Москву.

Весною 1445 года к великому князю пришла весть, что Улу-Магомет послал на него двух своих сыновей, Махмутека и Ягуна. Василий Васильевич лично выступил для отражения Татар, призвав к себе на помощь некоторых удельных князей; они пришли наскоро с малым числом ратников. 6 июля Русские расположили свои станы на берегу речки Каменки, возле города Суздаля. В тот же день произошла тревога; князья облеклись в доспехи, подняли знамена и вышли в поле; но тревога оказалась ложною. Возвратясь в стан, великий князь весело поужинал в своей палатке с князьями и боярами и бражничал с ними до глубокой ночи. На следующее утро в среду, 7 июля, он встал, когда уже взошло солнце, и велел служить заутреню. После заутрени Василий хотел опять лечь и соснуть; вдруг пришла весть, что Татары уже переходят вброд речку Перл. Василий тотчас разослал слуг по всем станам; а сам облекся в доспехи и, распустив знамена, выступил с князьями в поле. Но всех воинов оказалось у них только полторы тысячи. Некоторые князья еще не успели с ним соединиться; какой-то находившийся в его службе татарский царевич Бердидат, шедший к нему на помощь, на ту пору заночевал в соседнем городе Юрьеве; а князь Димитрий Шемяка ни сам не пришел, ни полка своего не прислал.