- Верно, Аламэна. Официально он не мог этого сделать. Эрсид с супругой были сосланы в малопригодный для жизни замок Скелл, находившийся на северо-западной окраине Империи, где они должны были жить под строгим надзором, проводя время в молитвах и покаянии в ожидании естественной кончины от голода и холода. Однако Корсид был не из тех людей, которые полагаются на обстоятельства. Сопровождавшей Эрсида охране были даны недвусмысленные указания относительно того, чтобы жизнь мятежников не слишком затянулась. Но судьба рассудила иначе - не прошло и двух месяцев после ссылки Эрсида, как кровавый император пал жертвой нового заговора. После его смерти трон захватил узурпатор Корилад. Твоему отцу было поручено узнать, жив ли Эрсид, остававшийся главным претендентом на престол, и устранить его в случае необходимости. Однако он опоздал - на месте Скелла его встретили лишь обгорелые руины. Местный житель, которого он с трудом смог найти, рассказал, что на их берег совершили нападение дикари с Островов. Они разграбили и сожгли замок, а его обитателей перерезали или увели в рабство.

"Эрсид и его жена погибли", - таков был доклад твоего отца новому императору. Насчет Эрсида он был практически уверен - такой человек, каким был брат Корсида, не мог встретить врагов иначе, чем с оружием в руках. А судьба Таэль Корилада мало интересовала...

- Но она осталась жива?

Аламэна вздохнула.

- Я не могу сказать этого точно, дитя. Но мне было видение - моя сестра, все такая же красивая, какой она была в пятнадцать лет, когда я видела ее в последний раз - только немного располневшая - стоит на носу корабля, который держит курс навстречу восходящему солнцу. Её длинные рыжие волосы развевает ветер, а в глазах горит огонь ненависти.

"Я вернусь и заберу то, что принадлежит мне и моим детям!" - шепчет она.

Аламэна почувствовала, как по ее коже пробежал холодок. Видения, посещавшие Жрицу, всегда сбывались - хотя порой их было не слишком просто истолковать. И сейчас Алейна так мастерски передала интонации, что девушка как будто услышала полный ненависти голос своей второй тётушки, которую она никогда не видела.

- У нее было много детей? - задала она вопрос, просто чтобы отвлечься от наваждения.

- Трое или четверо. По моим ощущениям. И я уверена, что один из ее детей был рожден от Эрсида рэ-Кора. Если он выжил, то может стать идеальным - для нас! - кандидатом на императорский престол. Север поддержит его! И пусть нас немного, но за нами - тысячелетняя мудрость, и Дар Кэйлиан, и помощь Богини-Лисицы! А если женой нового императора станет носительница Дара, то вдвоем вы сможете основать новую династию, перед силой которой померкнет слава древних королей!

Аламэна с ужасом и отчаянием смотрела на тётушку, которая сейчас произносила очередное пророчество. Голос Алейны стал звучным и высоким, как в молодости. Жрица стояла, выпрямившись во весь рост, статная и такая красивая в своем вышитом наряде. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, а рассыпавшиеся по плечам белоснежные волосы шевелил слабый ветер. Перебивать её сейчас было бессмысленно - Жрица ничего вокруг не видела и не слышала - но Аламэне было всё равно. Обливаясь слезами, она закричала:

- Я не хочу замуж за императора! Не хочу! Я люблю другого мужчину! Почему, почему моего желания никто никогда не спрашивает?!

Внезапно Алейна пошатнулась и, как подкошенная, рухнула на землю. Догадавшись, что произошло, Аламэна снова закричала и упала на колени рядом с телом жрицы, пытаясь непослушными пальцами нащупать пульс на теле старой женщины. Пророчества всегда отнимали у её тётушки много сил, после них ей приходилось по несколько дней отдыхать. Очевидно, последнее откровение стоило Алейне жизни. Возможно, она даже догадывалась об этом - не случайно Жрица нарядилась сегодня в свои лучшие одежды!

Отчаявшись вернуть тётушку к жизни, Аламэна закрыла её глаза и разрыдалась с новой силой, раскачиваясь и царапая себе лицо. Причитаниям девушки вторило тоненькое поскуливание четверых щенков, незаметно выбравшихся из хижины. Наконец один из них, белоснежный малыш с черным носиком, на разъезжающихся лапах подошел к Аламэне и ткнулся мокрым носом в её ладонь. Это привело девушку в чувство. Она поднялась на ноги и решительно вытерла глаза. Ей предстояло много трудов: следовало до захода солнца сложить для умершей Жрицы погребальный костер, а затем отнести печальную весть матери.

Глава 3

Острова на юго-западе

Владыка Черных Скал умирал. Некогда могучий властитель морей, чьи корабли годами наводили страх на жителей побережий, лежал на своем смертном одре, бессильный даже пошевелить рукой. Рядом пылала жаровня - но ни огонь, ни теплые одеяла из звериных шкур уже не могли отогнать холод, который с каждым мгновением все сильнее ощущал умирающий.