Читаем Сны мага (СИ) полностью

Все изменилось в один миг, когда последние солнечные лучи скользнули по холмам, разрезая сумрак. Туман взбурлил зеленой жижей, растекаясь ручьями. Маги, собравшиеся на одной из возвышенностей, затянули заунывную песню, воздев руки вверх. Засуетились солдаты Юй, оставшиеся в лагере, стаскивая покрытие с того самого, подозрительного холма. Пение достигло крещендо, взвиваясь в воздух вместе клочьями полупрозрачного тумана.

Покрытие сползало с начавшей шевелиться горы, истаивая под прикосновениями едкого тумана. Нечто ранее сокрытое распрямлялось, являя чешуйчатую спину. Темные треугольные пластины накрывали полусогнутую тушу от головных гребней до кончика узкого, волочащегося между коротких, изогнутых ножек хвоста. Горбатая морда оканчивалась дюжиной склизких, шелестящих и щелкающих щупалец, огромные выпученные глаза по бокам плоской морды были затянуты бельмами. Тварь опиралась о землю передними, мощными суставчатыми лапами. Они же рванули вперед тушу, высотой достигающую внешней стены. Вокруг монстра вился лентой зеленый туман.

После нескольких мгновений судорожной тишины над Па Даржан разнесся грохот тревожных барабанов. На стены звали магов, всех магов.

Все свободные луки и катапульты ударили как можно более слитным залпом, но почти все стрелы и болты просто отскочили от чешуи. Лишь некоторые увязли в гребне и щупальцах.

Палаван замер. У него не было возможности атаковать эту тушу.

От соседней башни прибежавший маг ударил огнем. Алая плеть вытянулась и полоснула по чешуе, оставив длинный выжженный след, но тварь не остановилась, а трубно взревев, рванулась вперед, вытягивая морду и стреляя вперед щупальцами. Еще один прыжок, и она доберется до стен.

— Пики готовьте! — Павалан обернулся к своим, поймал испуганный взгляд взлетевшей на стену сестры.

— И огонь! — рявкнул кто-то, взбегая на верх следом. — Поможет!

Палаван опознал знакомого Джихан Беру только по синему солнцу на потертом кожаном доспехе.

Грохоча сапогами, на стену ломились остальные. Кемран тащил две пики. Знакомый Джихан Беру… Палавана на миг скрутило неприязнью… швырнул на камни перед башенкой мягкий бурдюк.

— Негасимый огонь!

Тварь взывала еще раз.

Стены под ногами содрогнулись. Тварь впилась в камни стены щупальцами, а под ее прикрытием в атаку снова пошли Юй.

И Палаван отбросил лишние мысли.

Пики макали в черную жижу, поджигали. Фалангеры, Джихан Беру, Кауи Рижан. Лучники. Кто-то, обвитый черным вонючим дымом, бежал по стене, навстречу приближающемуся чудовищу. Кто-то, маскируясь в том же дыму, сшибал со стены рядом с ворочающейся тварью лестницы.

Маги жгли медани, сбросивших маски и откровенно нечеловечески скользящих между рядами моряков Юй.

Палаван не успевал отслеживать ситуацию. Только видел вспышками, Гедо яростно-прекрасно танцует в паре с каким-то фалангером, прижигающим эхли медани, змеей ползущего по стене. И Кемрана, с силой мечущий пытающую, капающую черным жирным огнем пику в возникшего на стене солдата Юй. Тот, пронзенный насквозь, с неслышным в какофонии сражения криком, падает вниз.

И голос над ухом, холодный, спокойный.

— Этого для унаги дашат недостаточно.

Знакомый Джихан Беру. Кехан? Да, он. У него интересно учиться.

Но да, этого недостаточно. Покрытая темным панцирем тварь, подойдя почти вплотную к стене, тянущимися с морды щупальцами крошила камни, впиваясь и пробивая кладку почти насквозь, выхватывала куски, выдирая их вместе с цепляющим раствором. Стена ощутимо шаталась. Чешуя местами тлела от удачных попаданий, в стыках и щелях между угловатых пластин торчали пики и стрелы достаточно удачливых солдат, но их кровь заливала плети покрытых то ли присосками, то ли крючьями щупалец, и никому пока не удавалось пробить темную броню насквозь, добраться до уязвимых мест. Были ли у нее уязвимые места?

— Есть, — раздалось над ухом. Кехан?

— Что? — он сказал вслух?

— Уязвимые места…

Палаван развернулся и с силой швырнул пику, сбивая с парапета Юй. Подхватил чадящее копье из рук мертвого фалангера, отер лицо. Обернулся к Джихан Беру.

Кехан, его зовут Кехан. Он голыми руками раскрутил горящее древко, разгоняя зеленый туман.

— Что мы можем сделать?

Рывок, пика опускается, сбрасывая еще одного солдата. Миазмы тумана опали, жалкими ошметками клубясь под ногами.

— Я могу. Парализовать унаги, — этот Кехан был спокоен. Он почти всегда спокоен… — а вы — добить.

— Да как?

— Я, — удар, — знаю, — пинок с разворота, — куда, — короткий взблеск клинка, — бить.

И этот безумный Кехан, сбив еще одного Юй с парапета в широком замахе с разворотом, подхватил вторую пику и вскочив на узкий парапет, длинными прыжками почти полетел в сторону разрушаемой стены, перепрыгивая с зубца на зубец. Ни одна стрела с уцелевшей сторожевой башни чудом не попала в неожиданно стремительную и легконогую фигуру. Удары Юй, магов, эхли медани словно не видели наемника, скользящего сквозь сражение не хуже призрака. Лучше призрака.

Палаван сжал в руках пику.

— Все! Оружие! В руки!