Читаем Снова три мушкетера полностью

- Не стоит вспоминать об этом, кабальеро, - перебил его испанец, все так же улыбаясь. - Это совершенно естественно.

- Зато теперь, - тихо проговорил иезуит, все это время внимательно наблюдавший за беседой, - вам предоставляется возможность оказать ответную услугу дону Алонсо.

- Когда я должен отправиться в Тур? - спросил Арамис, скрывая свое нетерпение.

- Очень скоро. Дело не терпит отлагательства, - спокойно ответил иезуит, как бы оттеняя своим голосом излишнюю горячность Арамиса и желая намекнуть ему, что он не вполне владеет собой.

Арамис почувствовал это и постарался надеть на лицо такую же непроницаемую маску.

- Дело заключается в том, что дон Алонсо имеет при себе письмо, написанное министром испанского короля. Его надлежит доставить нераспечатанным в Тур известной вам особе. Дон Алонсо не может пуститься в путь сам, так как, по понятным причинам, рискует значительно больше, чем вы. Удача уже то, что ему удалось добраться до Парижа, и мы все будем благодарить Бога, если ему так же счастливо удастся вернуться в Брюссель, откуда он прибыл. К сожалению, дона Алонсо уже слишком хорошо знают в лицо осведомители кардинала. Поручение опасное, как вы понимаете и сами, поскольку за домом и каждым шагом известной вам особы ведется наблюдение. Я доверяю вашему уму и вашей отваге, всецело полагаясь на вашу изобретательность, - доставьте письмо адресату.

- Должен ли я дождаться ответа? - спросил Арамис, втайне надеясь на согласие.

- Будет лучше, если герцогиня прочтет письмо при вас и назовет вам способ, которым герцог Роган поддерживает связь с нею. Вы видите - вам доверяют.

Арамис молча поклонился.

- Она вольна решать сама - отвечать ли письменно, а значит, подвергать вас дополнительной опасности на обратном пути, или передать вам все, что она найдет нужным сказать, в устной форме, - продолжал иезуит все тем же бесстрастным и тихим тоном. - Если все будет так, как хотим того мы, к герцогу Рогану отправится другой связной, чтобы не подвергать вас смертельной опасности во второй раз, почти без шансов на удачу. Не следует возлагать надежд на случай. Что удалось однажды - вряд ли удастся снова.

- Должен ли я уничтожить письмо при малейшем подозрении, что оно может попасть в чужие руки? Ведь подозрения иногда оправдываются.

- Уничтожьте непременно. Даже если это будет стоить вам жизни.

- Но... если мне все же удастся добраться до... адресата, но уже без письма?! - воскликнул Арамис.

- На этот случай я даю вам следующие инструкции. Вам доверяют, сын мой, - снова многозначительно произнес иезуит, оттенив последние слова. Вы назовете имя дона Алонсо и скажете, что Испания готова поддержать герцога де Рогана и его людей, оказав любую разумную денежную помощь, если он будет продолжать борьбу против кардинала. В случае продолжения активного сопротивления министр короля Филиппа берет на себя обязательство в течение трех месяцев подготовить к началу военных действий на юге армию в двадцать - двадцать пять тысяч человек, которая окажет Рогану прямую военную поддержку.

- Что министр короля Филиппа требует от де Рогана взамен? - спросил Арамис, переводя взгляд на испанца.

- Ничего, - глухо отвечал иезуит. Испанец хранил молчание.

- Ничего? - переспросил Арамис.

- Ничего, - снова повторил иезуит еще приглушеннее. В комнате воцарилась тишина.

- Это все, что я должен знать? - спросил Арамис.

- Этого достаточно, чтобы четвертовать вас, если вы попадете в руки людей кардинала. Не возвращайтесь к себе домой. Вот деньги на дорогу. Внизу вам подадут коня.

Арамис поклонился снова. Так как иезуит хранил молчание, мушкетер готов был уйти, но неожиданно был остановлен знаком настоятеля.

- Орден всюду имеет верных людей. Чтобы увеличить вероятность успеха, примите от меня вот это.

С этими словами иезуит снял с груди маленький золотой крестик и надел его на Арамиса. На обратной стороне распятия были выгравированы четыре буквы: A.M.D.G. Dei gloriam - к вящей славе Господней (лат.).>

- Сразу же по приезде в Тур отыщите лавку булочника Люпона на улице Скорняков. Покажите хозяину этот крест, - проговорил иезуит. - Теперь все.

Глава двадцать третья

Кавалер де Рошфор

В то время, когда Арамис под покровом ночи путешествовал по ночному Парижу, оставляя с носом соглядатаев кардинала, в те минуты, когда он был посвящаем в государственные тайны, прикосновение коих бывает так гибельно для человека, тайны, грозящие ему четвертованием, словом, в то время, когда Арамис вел активный образ жизни, все мирные парижские обыватели спали.

Спал и д'Артаньян. Лег он рано, а проснулся поздно; проснувшись же, кликнул Жемблу, с недавнего времени заменившего Планше, и приказал подать воды для умывания.

Покончив с утренним туалетом, д'Артаньян оделся, лихо заломил свою шляпу, прицепил шпагу и отправился в казармы. Посвятив некоторое время своим служебным обязанностям, он отправился в Лувр, так как там сейчас несли караул мушкетеры его роты.

Первым человеком, которого он повстречал в Лувре, был Рошфор.

- Вот те на, да это же господин д'Артаньян, собственной персоной, криво улыбнувшись, сказал Рошфор.