Читаем Снова надейся полностью

Я не отрывала глаз от стола, на котором до сих пор лежал осенний декор, недавно купленный в Target. Тогда мне хотелось сделать квартиру более уютной. Тогда я еще не подозревала, что у меня останется только этот дом.

Нолан возвратился с двумя дымящимися чашками в руках. Я подняла на него вопросительный взгляд.

– Тебе сейчас обязательно надо выпить чего-нибудь теплого, – просто ответил он и протянул мне одну из кружек.

Я взяла ее, и передо мной разлился аромат фруктового чая. Сделав глубокий вдох, я обхватила горячую кружку обеими руками. Осторожно отпила первый глоток. Тепло потекло вниз по горлу, и мне показалось, что я вновь потихоньку оттаиваю.

Какое-то время я рассматривала темно-фиолетовую жидкость и исходящие от нее облачка пара. Затем подняла глаза на Нолана, который сел на диван напротив меня и тоже крепко обхватил свою чашку. Его теплый терпеливый взгляд был направлен на меня. Я откашлялась.

– Это было кошмарно, – прошептала я в конце концов. Голос звучал совсем хрипло, потому что я давно не разговаривала. – Я больше никогда не смогу туда вернуться.

Он кивнул:

– Хорошо.

– Ничего хорошего. Мама вообще не понимает, как со мной поступила, когда впустила папу в этот дом. А сегодня мне стало ясно, что, по всей вероятности, она сделает это опять. И я не могу вернуться туда, где придется постоянно бояться, что в любой момент заявится отец. Мне… мне кажется, что сегодня я потеряла свой дом, – произнесла я глухим голосом. – При этом я знаю, что маме тоже нелегко, но все равно набросилась на нее как никогда раньше. Я ужасный человек.

Нолан покачал головой и поставил кружку на стол. Затем встал и подошел ко мне. Он опустился на колени перед креслом и посмотрел на меня снизу вверх серьезным взглядом.

– Ты столкнулась с одним из сильнейших своих страхов и повела себя сегодня смелее, чем, наверное, все, кого я знаю. Ты не ужасный человек, Эверли Пенн, как раз наоборот.

Я недоверчиво смотрела на него. Внезапно у меня безумно зачесались руки. Я порадовалась, что держу чай, иначе наверняка совершила бы какую-нибудь глупость. Прикоснулась бы к лицу Нолана, например.

Словно сам собой мой взгляд переместился на коробку, стоявшую на полу возле стола.

– Мне понадобится твоя помощь кое с чем, – сказала я, спуская ноги с кресла.

Нолан непонимающе посмотрел на меня, но все же отодвинулся и встал. Я поставила свою чашку на стол и шагнула к коробке. Из нее я одну за другой вытаскивала звезды и складывала их на ладони. Надеюсь, они еще приклеятся к потолку, хотя некоторые из них застряли между обложками книг, и мне пришлось их оттуда отдирать.

– Я забрала пару вещей, к которым привязана, – объяснила я. Затем вручила Нолану стопку звезд. – Хочу прилепить их здесь, над своей кроватью.

У него на губах заиграла еле заметная улыбка.

– Они светятся в темноте?

Кивнув, я пошла в спальню. Залезла на кровать, большим и указательным пальцами взяла первую звездочку и встала на носочки. До потолка я не доставала – тут кровать оказалась ниже, чем в моей бывшей детской комнате. Ища помощи, я взглянула на Нолана, который последовал за мной из гостиной. Без единого вопроса тот закатал рукава своей водолазки и встал на кровать рядом со мной. Попробовал дотянуться и коснулся кончиками пальцев потолка. Потом с торжествующим видом посмотрел на меня.

Я дала ему одну звезду.

– Держи.

Он аккуратно взял ее и поднял глаза к потолку.

– Какие-нибудь пожелания?

Я пожала плечами:

– Просто где угодно. Надеюсь, клей еще будет держать.

Нолан прилепил первую звездочку. Когда он медленно убрал пальцы, я затаила дыхание, но ничего не произошло – звезда осталась на потолке. Я протянула ему следующую, чуть поменьше, и Нолан прикрепил ее рядом.

– Бабушка купила эти звезды и приклеила их вместе с мной, потому что раньше меня мучили ночные кошмары, – рассказала я некоторое время спустя.

Нолан повернулся ко мне:

– Похоже, она прекрасная женщина.

– Она была самым замечательным человеком на свете, – ответила я и передала ему еще одну звездочку. Он потянулся, чтобы приклеить ее ровно над моей подушкой.

Так мы и продолжали. Я наблюдала за Ноланом, пока он лепил мне на потолок звезду за звездой. Иногда, когда он тянулся дальше, у него задиралась водолазка, оголяя часть живота. Всякий раз при взгляде на вырисовывающиеся на нем мускулы у меня перехватывало дыхание, а руки чесались проверить, такие ли они на ощупь, как на вид.

Вспомнилось, как однажды на занятии у него задралась футболка и у меня были точно такие же чувства. Казалось, что с того дня пролетела целая вечность.

Тем временем между мной и Ноланом столько всего случилось. Я больше не грезила о нем издалека – он здесь. Со мной. И было впечатление, что именно здесь он и хочет находиться.

Он здесь ради меня. Сейчас, когда больше всего мне нужен.

– Готово, – сказал он, спрыгнул с кровати и полюбовался на свою работу снизу. Затем подошел к двери и выключил верхнее освещение.