Читаем Снишься мне полностью

— Время выйти и поиграть, — сказал он, и зловещая улыбка растянулась на его лице с дикими глазами.

С ним что-то было не так, и это были не просто наркотики. Рафаэлю не нужно было говорить ей об этом. Она видела мужчину. Было ясно, что Рэт находился под воздействием чего-то настолько извращенного и злого, что ему было трудно дышать. Она сделала осторожный шаг к дверному проему. Она предпочла бы выйти сама, а не быть вытащенной мужчиной. Проходя мимо Рафаэля, она почувствовала короткое тепло его прикосновения на своем плече и услышала, как он говорит на языке, который она не понимает. Голова Рэта поднялась, как будто он услышал ангела. Эмма переводила взгляд с одного на другого, затаив дыхание. Внезапно она совершенно точно поняла, что, судя по выражению лица худого человека, полного ненависти, Рэт мог видеть Рафаэля.

Глаза Рафаэля встретились с глазами мерзавца. Но не глаза мужчины смотрели на ангела. Это было древнее зло, с которым он боролся много раз прежде. Этот демон был чрезвычайно хитрым. Он точно знал правила, которые позволили бы его бросить в огонь, и старался не нарушать их. Рафаэль мог видеть усмешку в глазах зверя. Он смеялся над Рафаэлем. Демон знал, что ангел не может коснуться его. Свободная воля людей препятствовала вмешательству ангелов. Без прямого указания Творца, Рафаэль не мог вмешаться, пока правила не были нарушены. Рафаэль не получал такого приказа.

— Почему ты вообще здесь, светоносец? — голос демона был шипящим и звучал странно изо рта Рэта.

— Ты знаешь, что ничего не можешь сделать. У тебя нет назначения.

Мышцы Рафаэля напряглись от желания сражаться. Он служил в армии Творца и боролся со многими противниками, и все же демоны ада маршировали по земле, сея хаос. Конечно, единственная сила, которой обладали эти грязные существа, была в том, что люди позволяли им делать это.

— Я служу большей цели, чем ты можешь себе представить, древний. Тебе по-настоящему нет места в этом мире. Ты не что иное, как паразит, беспомощный без хозяина, — Рафаэль увидел, что его слова задели. Демоны были чрезвычайно гордыми существами и ненавидели быть оскорбленными. В частности, этот демон специализировался на насилии. Эти типы существ казались особенно вспыльчивыми. Рафаэль был удивлен, что Рэт не нес в себе демона зависимости, учитывая его зависимые привычки. Демон, который, хотя и не менее опасен, был намного более коварным.

— Ты знаешь, что должно произойти, и что предопределено, — насмехался демон, — Мне дали разрешение.

— Не вредить человеку! — прорычал Рафаэль, — Ты можешь повлиять на своего хозяина, но это должен быть его выбор. Он должен сделать это собственноручно. Рафаэль двигался быстрее, чем мог отследить человек, и зажал руку Рэта, прежде чем тот смог отступить. Он почувствовал, как демон извивался внутри человека, когда Рафаэль исследовал разум мужчины. Он должен был знать, осталось ли в человеке хоть что-нибудь пригодное для спасения. Должен ли он рассуждать так, что мог бы бороться со злом, которое пыталось заставить его действовать? Он мог видеть Эмму краем глаза. Она стояла, наблюдая и едва дыша. Он понял, что она пытается не обращать внимания Рэта на нее. «Умная девочка», — подумал Рафаэль.

Рафаэль обыскал разум человека и обнаружил, что тот развращен за пределами его худших представлений. Он боролся с желанием сокрушить его, не дать ему сыграть свою роль в том, что должно было случиться, но это было не в его силах. Он не будет таким, как Люцифер много тысячелетий назад, который решил, что он должен быть равным Творцу. Он будет доверять и повиноваться, как всегда. Рафаэль выпустил руку мужчины и отступил назад.

— Я буду наблюдать, — предупредил он чудовище.

Из горла Рэта вырвался больной смешок. Он показал Эмме двигаться вперед. Сначала она замешкалась, но от одного шипения демона ноги девушки быстро задвигались по испачканному и потертому ковру. Рафаэль последовал за ними в гостиную. Милдред сидела на диване с остекленевшими глазами. Как только Рафаэль вошел в комнату, ее глаза встретились с его взглядом, и она издала высокий визг, который никогда не должен был исходить изо рта человека. Демон, смотрящий на него с ее лица, был слабее того, что сидел внутри Рэта. Рафаэль задержал взгляд, пытаясь понять, с каким типом сущности он имеет дело. Он наблюдал, как Милдред ерзает, когда зверь внутри нее чувствует себя неловко под присмотром ангела.

— Оставь нас, светоносец, — тихо сказал демон, — Она пригласила меня, это был ее выбор.

Рафаэль знал, что демон в женщине недавно. У Милдред не было признаков того, что она одержима в течение значительного периода времени. Она выглядела изможденной, но не от сверхъестественного зла. Ее испорченная внешность была ее собственной работой. Это огорчало его всякий раз, когда он сталкивался с человеком, который поддался лжи, которую ему нашептали приспешники ада. Это означало, что еще один из детей Творца забрел слишком далеко.