Читаем Снайпера вызывали? полностью

Быстро поднявшись по полусгнившим ступенькам крыльца, я толкнула дверь дома, в котором жил Переслегин, и, громко крикнув: «Хозяин!», вошла внутрь. На меня сразу же пахнуло сыростью — слева, возле банок с заплесневевшими помидорами, лежали стопки подмокших от рассола «Правды» и «Молнии». Видимо, Егор Григорьевич решил подвести теоретическую базу под свои террористические действия, которые он осуществлял явочным порядком.

Но увидеть хозяина мне так и не удалось. Буквально через секунду после того как я переступила порог, послышался шум подъезжающего автомобиля.

Сквозь заснеженное окно я увидела касимовскую «Тойоту», парковавшуюся на прежнем месте. Черт, вот незадача! Куда ж мне теперь?

Долго размышлять было некогда. Я юркнула в полумрак светелки и забилась в щель между печкой и шкафом. Тут раздались шаркающие шаги старика.

— Кто здесь? — грозно возгласил он. — А? Послышалось? Ты, Ренат?

— Я, я, батя, — вошел Касимов, хлопнув дверью. — А слух у тебя что надо, несмотря на года. Нужно тебя в маршалы поскорее.

Вместе с Ренатом в дом проникла струйка холодного метельного воздуха. Касимов разделся и повесил свой полушубок в углу. Снежинки на одежде быстро таяли, превращаясь в пятна воды.

— Снеговика я «сделал», — твердо, как бы отчитываясь в выполнении задания, сказал старик и кивнул на длинный чехол, стоявший возле его кровати; там, очевидно, находилась винтовка. — Теперь у нас кто на очереди?

Касимов промолчал, елозя возле вешалки.

— Отвечать старшему по званию! — гаркнул Егор Григорьевич.

— Щас отвечу, — нехотя процедил Ренат. — Давай, ваше превосходительство, сначала по маленькой раздавим, а потом уже все вопросы решать будем.

Они прошли в дальний угол светлицы и уселись за столом. До меня им было метра два, и будь освещение чуть поярче, пришлось бы туго. Но в доме царил полумрак, и закут между печкой и шкафом был достаточно глубоким, чтобы вместить меня без вероятности быть мгновенно обнаруженной. Вот только печка сильно грела плечо. Еще минут десять — и тепло станет совершенно непереносимым…

Чуть высунув наружу лицо, я могла видеть, как Ренат разливает водку по стаканам.

— Ну, будем! — выдохнул он и, чокнувшись с Переслегиным, опрокинул в себя стакан.

Закусив помидорчиком, Ренат отошел к окну, держа стакан в руке, остановился и, по-прежнему стоя спиной, незаметно протянул руку к аптечке.

Что именно он взял с полки — я не видела, но зато хорошо видела, что Касимов высыпал в рюмку все содержимое пузырька темного стекла.

Старик, оказывается, косел с первой рюмки. Егор Григорьевич сразу же стал нести такую же околесицу, как и в прошлый раз, — что-то про солнце, луну, звезды и его, Переслегина, управление светилами.

Ренат вернулся к столу и, взяв в руки бутылку, снова наполнил стаканы. Причем свой он виртуозно заменил и подал Переслегину, а себе забрал его посуду. Теперь в стакане, который держал в руке старик, была не только водка.

— Я, батя, в отпуск ухожу, — проговорил Ренат. — Считай, уже ушел. У меня через два часа самолет до Симферополя, а оттуда — ту-ту в Турцию. Так что ты свое дело пока что закончил.

Я обратила внимание на сменившийся тон его голоса. Если в прошлый раз Касимов старался говорить со стариком как бы на равных и даже с уважением, то сейчас Ренат не скрывал пренебрежительных ноток в своей интонации.

«Он его убирает, — поняла я. — Операция закончена, исполнитель мертв».

Надо было что-то делать. Ситуация вот-вот могла принять необратимый характер, и я решилась.

— Слышь? — мгновенно насторожился старик. — Это что за звук?

Я еще раз поскребла пальцами по внутренней стороне печки.

— Мышь, наверное, — предположил Касимов.

— Отродясь в этом доме мышей не водилось, — заявил старик.

— Ну, сейчас я гляну. — Ренат поставил на стол свой стакан и подошел к печке.

Я использовала фактор неожиданности и, как только Касимов появился в пределах досягаемости моих конечностей, сильно оттолкнувшись от стены, прыгнула вперед, нацелясь ботинком ему в пах.

Конечно, удар был несильным и из строя человека вывести бы не смог. Но я рассчитывала, что Ренат хотя бы упадет или не сможет среагировать быстрее, чем через секунду. А за это время у меня будет возможность выбраться из своего укрытия наружу.

Вскрикнув от неожиданности, увидев метнувшуюся к нему фигуру, Касимов даже не успел отступить и, действительно, почти рухнул, когда я вдарила ему носком ботинка в мошонку. Но он тут же врубился, что дело серьезное, и мгновенно включился в ситуацию.

Я поняла, что он сейчас будет стрелять, и, рванувшись к столу, схватила лежащий на нем нож и, почти не глядя, метнула его в Рената.

Лезвие с силой ударилось ему в грудь и вошло почти по рукоятку. Касимов начал палить из пистолета, уже падая и, выпустил почти всю обойму перед тем, как рухнул на пол. Последняя пуля ушла в потолок над его головой.

Старик совсем ошалел от стрельбы. Он молча сидел в углу, обняв себя руками за плечи, и, покачиваясь, смотрел в одну точку не отрываясь — на огонек лампадки, тускло светившийся возле иконы.

И сколько я ни трясла его за плечи, он никак не реагировал.